Любовная записка с того света

Когда землекопы дорыли нужное количество метров канала и прозвенел звонок, Петька поплелся обратно и, дойдя до шкафа, потянул на себя деревянную дверцу. Она открылась с нехорошим скрипом. На Петьку пахнуло гнилью и какой-то кислятиной. Внутри шкафа все было покрыто пылью. Сквозь ее толстый слой виднелись странные предметы. В углу стоял высокий якорь, рядом с ним лежало что-то круглое, похожее на мяч, на табуретке сидел скособоченный скелет. С высокой коробки свисало покрывало. Скрип дверцы гулким эхом прокатился по внутренностям шкафа.

– Ткаченко!

Петька вздрогнул и захлопнул шкаф. Перед ним стояла Инесса Петровна с рулонами наглядных пособий.

– Ты вместо того, чтобы по шкафам лазить, в учебник бы заглянул. Там, кроме картинок, есть много чего интересного.

Она ногтем подцепила ручку дверцы, открыла шкаф и сбросила туда свою ношу. Из-за ее плеча Петька успел заметить в глубине шкафа стройный ряд таких же рулонов, коробки с дидактическими материалами и искусственный фикус в горшке. Ни скелета, ни якоря, ни пыли.

– Иди, гуляй, – более миролюбиво произнесла Инесса Петровна. – Перемена.

Петька с трудом дошел до своей парты и плюхнулся на стул. Из учебника на него с укоризной посмотрела девочка с одним усом. Рядом с ней лежала свернутая бумажка.

Глава 2

Тени исчезают в полдень

Оставшийся день Петька ходил, держась за голову. Димка, увидев его на перемене, даже поинтересовался, не обижает ли кто.

– В случае чего скажи, разберемся, – с готовностью предложил брат.

Но Петька только мрачно хмыкнул, порылся в карманах и протянул уже порядком измятую записку.

Она была вся изрисована розовыми цветочками и сердечками со стрелами. На одной половинке листка корявым почерком было выведено: «Писал не писатель и не поэт. Писала девочка одиннадцати лет». С другой стороны была наклеена кошка с поднятой передней лапой и снизу приписано: «Котик лапу опустил в черные чернила, чтобы Вера никогда Петю не забыла». Дальше было еще что-то написано, а потом старательно вычеркнуто.

Тогда, на перемене после математики, Петька долго вертел странную записку то так, то сяк, но с какой бы стороны он на нее ни смотрел, понятней не становилось. Во-первых, никакой одиннадцатилетней Веры в их классе не было. В соседнем тоже. С угрозой для жизни Петька проник в учительскую, чтобы посмотреть журналы еще и пятых классов – Вер не нашлось и там.