Откровение

 – Почему?

– Потому что так расписаны роли в этой партии, – усмехается призрак, и я начинаю плакать. Слезы душат меня. Они заливают щеки и мгновенно замерзают. Лицо покрывается инеем. Сквозь сон я чувствую, как холод ползет по шее, подбирается к груди. Мне становится тяжело дышать. Я последний раз всхлипываю и – открываю глаза.

Теперь можно точно сказать, что я сошла с ума: ночь, сон закончился, но я продолжала видеть перед собой Макса.

Глава II

Мертвая луна

– Здравствуй, Маша! – прошептал Макс мне в волосы.

Мама на кровати глубоко вдохнула. Я испуганно взглянула на Макса, он понимающе кивнул, подхватил меня на руки и вынес на балкон.

– Как у тебя это получилось? – Я чувствовала знакомую прохладу его кожи, вдохнула морозный запах. Как же я по нему скучала! – Это и правда ты? Ты приехал?

– Плачешь?

Ледяной палец коснулся щеки, я вспомнила свой холод во сне. Понятно: Макс пытался меня будить поцелуями, а мне казалось, что слезы превращаются в лед.

– Не надо, – шептали его губы.

Хотелось закрыть глаза и слушать его вечно.

– Я тебя так ждала! – Слез больше не было. Я только всхлипнула, снова пряча лицо у него на груди. – Думала, всю ночь спать не буду, а потом… вдруг нарушился сон…

Холодные ладони подняли мое лицо, холодные губы коснулись века, и мне сразу стало легче. Тоска, тревога – все ушло, не оставив о себе даже воспоминания.

– Значит, я пришел вовремя. – Макс снова прижал меня к себе, и я почувствовала, как мне становится хорошо.

Но вокруг была все та же душная южная ночь. Она шумела далеким морем, шелестела листьями пальм, охала сонными звуками.

– Но как… – начала я приходить в себя, – как ты здесь очутился?

– Я шел за луной. – Макс придвинул к себе белый пластмассовый стул, сел, устроив меня на своих коленях. – Солнце идет с востока на запад, и я от него убегал, догоняя луну. Получилась несколько затянувшаяся ночь.

Это надо было как-то представить. Вот Земля. Она вертится. Солнце медленно ползет с меридиана на меридиан, и Макс, прыгая с одной воображаемой линии на другую, мчится вперед.

– А тебе здесь не опасно? – Я глянула в ночь. Сколько времени?

– Мне опасно, когда тебе плохо.

Макс запустил руки мне в волосы, и духота Африки отступила. Я почувствовала себя дома, в своей комнате на двенадцатом этаже. Мне было хорошо и прохладно.