Превращение

– Смотри в зеркало! – тут же заметила непорядок Маринка.

– Не мешай! – подбросил ее на коленях Макс. – Маша, не жульничай. А то я к тебе не приду.

– Не пущу! – Маринка обняла его за шею, и я силой заставила себя отвести глаза.

В большом зеркале отражалось маленькое, а в том отражалось большое. Цепочка отражений создавала коридор. В конце довольно темный. Если пригнуться, то в этом коридоре я начинала видеть себя. Раз, два, три… у Маринки отражений было больше. Может, с другого места попробовать?

Девочка у меня за спиной выразительно хмыкнула.

Намекает, что я слишком долго вожусь?

Ладно, начнем. С выполнением желаний у меня последнее время проблем не было. Надо только правильно их формулировать.

– Эй, вслух! – напомнила Маринка.

Я настроилась сразу увидеть Макса. Вот он белой точкой появляется из черноты, преодолевая один изгиб коридора за другим, приближается… На нем белая рубашка и черные брюки. Он улыбается, и улыбка преображает его лицо, на щеках появляется румянец…

– Ну, давай! «Суженый-ряженый»! – напомнила Маринка.

Воображаемый Макс в зеркале пропал. Я смотрела в зеркальный коридор, пульсирующий темнотой.

– Суженый-ряженый…

Тот, кого я успела вообразить, не был Максом. Другой. Такой же высокий, с такими же синими глазами…

– Суженый-ряженый…

Слова звучат уныло. Чувствую, больше никто не придет. Нет, даже не так – не придет тот, кого я зову.

– Приди ко мне наряженный. Макс, – оторвалась я от созерцания пустого зазеркалья, – в какой одежде ты предпочитаешь ходить на свидание к девушкам?

– В чистой.

– Так и запишем.

Я вгляделась в серебряную поверхность. Так, если очень постараться, можно вызвать именно Макса. А неизвестного товарища с широкой улыбкой мы вычеркнем. Макс улыбается сдержанно. И вообще он на эмоции не очень щедр. Вампирам эмоции противопоказаны. От них зубы ломаются.

– Суженый-ряженый, приди ко мне наряженный! – Я закрыла глаза, собираясь с силами. – Суженый-ряженый…

Не успела я договорить, как опять почувствовала слабую вибрацию.

Кто-то или что-то приближалось. Ногам снова стало жарко, будто подо мной развели костер. Я схватилась за стол, открывая глаза. И в то же мгновение из темного зазеркалья ко мне приблизилась… нет, не фигура. Только лицо. Старик. Он словно заглянул в комнату, кивнул и исчез.

– Сюда идут!

Макс уже стоял около двери, прислушиваясь к тому, что происходит снаружи.

– Как долго! – прыгала за его спиной Маринка.

– Все в порядке, человек.