Превращение

 – Для города тебя надо причесать, а то своими лохмами ты всем будешь экран загораживать. Макс, дай расческу.

Не знаю, откуда любимый достает то, что мне требуется, но как-то так получается, что у него всегда оказываются платок, щетка или иголка с нитками. Вот и сейчас расческа нашлась. Я стала распутывать мягкие податливые волосы. Из-под расчески они выпрыгивали тугими локонами. Маринка жмурила глаза, отчего ее верхняя губка приподнималась, обнажая крепкие зубы с крупными острыми клыками. Чем больше я ее причесывала, тем клыки становились больше.

Она была похожа на котенка – его гладят, а он в ответ выпускает когти и царапает ласкающую руку.

Я провела ладонью по волосам. Тревога улеглась.

– Готово!

Маринка спрыгнула, сделала шаг к Дракону, и в глазах у меня на мгновение потемнело. Выходит, пока девочка рядом со Сторожевым, ей грозит опасность?

– На секунду… – поманила я Маринку.

Когда она подошла (с чего бы такое послушание? опять что-то задумала?), я для видимости взбила ей пальцами челку и шепнула: – Не забудь переодеться, чтобы не обращать на себя внимания.

И потеряй где-нибудь по дороге своего кавалера. Он мне надоел!

– Нет, пусть останется! – Маринка устремилась к комнате, где нарядов у нее уже скопилось порядочно. – Он уйдет только после того, как ты уберешься отсюда!

«Убираться мы отсюда будем вместе с Максом!» – мысленно поправила я. Вслух говорить не стала. Наши с Максом дела этих двоих не касаются.

Я тяжело откинулась на спинку стула, прищурила глаза. Макс с Драконом сидели на разных концах стола.

За спиной любимого было окно. Он, как всегда, выбрал удобное место против света. Дракон на виду, хорошо освещен.

Мне нравится наша компания! У каждого своя цель. У Маринки – выжить меня. У Дракона – через этих вампиров выйти на других. И еще что-то, пока мне непонятное. Макс пасет Маринку, учит ее. Я же просто готова защищать всю нашу гвардию, в какую бы заварушку они ни ввязались. Даже Маринку. Про Дракона я еще подумаю. Главным для меня, конечно, был Макс, без которого я уже не смогу и дня прожить.

Мне кажется, все здесь происходит только из-за него. Не будь его, и солнцу не стоило бы показываться из-за горизонта. Мы – плод его сумасшедшего воображения. Вот так и живем…

Я придвинулась ближе к Максу, который делал вид, что греет руки о бока чашки.

– Сбежим? – одними губами спросил он.

Я выразительно глянула на распахнутую дверь комнаты. Макс кивнул, давая понять, чтобы положилась на него. Я тоже кивнула.