Большая книга ужасов 89

Не так чтобы прям совсем-совсем легко, но она его сначала закинула на колено, потом на бедро, а дальше и вовсе ей удалось вскинуть его на плечо. Ноги дрожали, в голове гудело, словно там собрался оборваться корабельный канат. Ничего, в три шага она его оттащит подальше и там положит – непременно аккуратно, чтобы не сделать Квадро больно, – и посмотрит, что будет.

– Мальчишки в игру не берут?

Слова дяди Леши жутко испугали. Аринка качнулась, камень потянул назад. Она еще пыталась его удержать, срывая ногти, цеплялась за камень, но он уже вошел в согласие с основным законом всемирного тяготения.

Аринка разжала руки, и камень упал за плечо. Отпрыгнула, чтобы ей не отбило пятки.

– Они… – Аринка с трудом выдохнула. – Да, не берут. В привидение играют.

– Это ничего, – успокоил дядя Леша. – Придет время – сами за тобой будут бегать. Совсем скоро.

– Я не хочу, чтобы они за мной бегали. Я хочу… – Она пнула камень.

– Да оставь ты их. Не надо девочке тяжелое носить. Найду завтра Вовку, вместе оттащим.

Или веревку привяжу и машиной дерну. Странно, что они вообще здесь оказались. Я помню, такие около усадьбы в лесу были. Как из-под земли появлялись. Николай все просил помочь с ними.

– А кто это – Николай?

– Хозяин усадьбы. Хороший мужик был, веселый. – Дядя Леша, хлопнув себя по лбу, убил комара. – Очень верил в это место. Все приговаривал, что золотое дно, что мы сами не знаем своей истории. Предлагал мне экскурсии водить. Места-то у нас – закачаешься. Какие ярмарки были, каких людей ссылали! Как в копилке собралось – былины, богатыри, чудо чудное.

 – Дядя Леша махнул рукой. – А видишь, как получилось – одно чудо чудное и осталось. Как Соловей-разбойник свистом слизал. Всех унесло.

Аринка покивала. Без Соловья, знамо дело, не обошлось. Но почему у них и почему сейчас?

– Помнишь, как в былине-то говорится? – склонился к ней дядя Леша. – Поехал Илья Муромец в стольный Киев-град. По прямой дорожке – полдня, а по окольной – тысяча верст. И все по окольной ездят.

Вот и у нас: по прямой – ни-ни.

– А зачем же эту усадьбу построили, если нельзя было?

Дядя Леша почесал локоть, колено и опять взялся за локоть – комары этим вечером лютовали.

– Да все можно было. Там же и раньше дом стоял. Развалюшка – переждать дождь и дальше пойти. Кто уж ее срубил, сейчас никто не скажет. Может, баба-яга еще ставила, – дядя Леша усмехнулся. – На курьих ножках.

Аринка помрачнела. На курьих, значит? На самых что ни на есть курьих.