По зову Большой Медведицы. Якутские мотивы. Продолжение

Таймырский залив, 76°8» с. ш., 95°6» в. д. 21.1 – 3.II.1901. Э. Толль».

Причиной этому послужил конфликт начальника экспедиции и командира «Зари». Во время зимовки в отношениях между Толлем и Коломейцевым обострились прежние дисциплинарные проблемы. Некоторые подробности этого конфликта мне удалось узнать из письма барона своему дяде, академику, генералу Федору Богдановичу (Фридриху Карлу) Шмидту, который был в то время директором Минералогического музея Императорской Академии наук и отвечал за организацию Русской Полярной экспедиции.

Этот конфликт касался ряда важных дисциплинарных вопросов. Н. Н. Коломейцев заявил Э. В. Толлю, что команду в повиновении можно удержать только с помощью телесных наказаний (которые в то время уже были отменены на флоте), и что он должен постоянно иметь в своем распоряжении обоих офицеров на судне. Одновременно с этим он требовал отмены дежурств ученых по судну, так как это противоречило Морскому уставу. В свою очередь, Э. В. Толль считал, что «если же руки путешественника будут связаны различными инструкциями, и он не будет, поэтому в состоянии пользоваться обстоятельствами и завоевать для науки хоть часть „terra incognita“ северной Сибири, то, конечно, все труды и деньги на подобную экспедицию будут потрачены даром…»

Уставу противоречил и тот факт, что матросы вместо обращения «Ваше Высокоблагородие» стали звать их просто по имени и отчеству.

Это было важно Толлю для сплочения делающего одно дело коллектива, однако прежний капитан примириться с таким положением дел не хотел. Коломейцева Толль направил на Енисей, причем официально – доставить почту на материк и подготовить склад на острове Котельном. За сорок дней Коломейцев в сопровождении каюра Расторгуева прошел по заснеженной тундре 768 верст и благополучно прибыл в Гольчиху на Енисее. По дороге открыл впадающую в Таймырский залив реку, которая сейчас носит его имя – река Коломейцева.

Ф. А. Матисен в каюте яхты «Заря»

Составляя инструкцию для Матисена, начальник экспедиции натолкнулся у Норденшельда в его книге «Плавания на «Веге» на фразу, особенно его заинтересовавшую: «Из птиц мы видели (у мыса Челюскина) множество плавунчиков, очень многочисленную стаю казарок, перелетавших, по-видимому, на юг с какой-нибудь полярной земли, расположенной севернее мыса Челюскина…».

Поведение птиц и маршруты их полетов, геологические и гидрографические наблюдения убедили Толля в существовании островов севернее мыса Челюскин.