Степное проклятье

Если бы не девочка, которую определили ей в служанки и которая по доброте душевной не отходила от нее ни на минуту и даже спала в одной с ней комнате, вопреки запретам бабушки, ох как не сладко ей бы пришлось в чужом мире бабушкиного замка. Она не собиралась соглашаться на такую же пытку для своего сына и впервые за семь лет замужества проявила упрямство, которого Томан никак от нее не ждал. Собственно, она и сама от себя не ожидала такого гневного и властного сопротивления королю. Она понятия не имела, что была способна на такую ярость.

Она заявила, что была согласна на то, чтобы Алек проходил обучение воинскому искусству с другими замковыми мальчиками, но она требовала, чтобы он возвращался после обучения в свою комнату, где она и его сестра могли бы с ним проводить время вместе. Она была в панике, когда натолкнулась на стену абсолютного непонимания и полной глухоты к любым ее словам. – И меня, и брата обоих только так и сделали мужчинами, – твердил король. —Брата еще раньше, чем меня отняли у матери, ему еще и пяти не было – и ничего. Иначе не вырастишь настоящего воина.

Элина в отчаянии рыдала у себя в комнате и совершенно не представляла, как ей повлиять на ситуацию. Король смотрел на нее как на взбалмошную девчонку, которая не хотела отдавать ему свою куклу. Но она-то знала, что, если отдаст своего ребенка в руки бессердечным воякам и не сможет его видеть, что-то будет сломано в нем навсегда. Она должна была иметь доступ к его сердцу, не имела право не иметь этого доступа, не добиться его.

Пусть, пусть он большую часть времени будет на военных тренировках, но, если он хотя бы часть времени будет с ней, она сумеет сохранить его сердце живым.

Однажды во время одного из её гневных разговоров с королем в комнату вошел его брат. Он не стал уходить, услышав взволнованный голос Элины, а довольно бесцеремонно вмешался в беседу. Впрочем, несмотря на видимую заинтересованность, никакого мнения он не высказал по поводу своего племянника, зато смотрел на Элину сочувственно, и она приняла это за желание ее поддержать.

Шпион никогда не нравился Элине, несмотря на видную внешность. Он был на десять лет ее старше, мужчина в самом расцвете лет, но ей не нравился его пристальный взгляд и показная учтивость, за которой пряталась насмешка. Но в тот момент, когда он прислушивался к ее разговору с Томаном, она решила, что он вспомнил, как несладко ему пришлось когда-то без матери, и был готов вступиться за нее и племянника.