Парадокс в моей голове

Илья достал из кармана пачку сигарет, я мысленно обрисовала картину его болезненной худобы, которую представляла во время нашей первой встречи в кафе «КофеЁчик». Распираемая возмущением и заботой, я выкатила на него свои большие карие глаза:

– Ты куришь?!

– Да, – без колебаний в голосе ответил Илья.

Он сразу угадал неодобрение в моей мимике. Наблюдая за происходящим, Жора закурил. Чёрные глазенки хамоватого дружка блестели: уж не знаю от алкоголя или в предвкушении скандального шоу.

– Я не понял, кого-то что-то не устраивает?

Тон заданного им вопроса оскорблял меня куда хуже издевательских насмешек Алекса.

И тогда в полной мере я осознала, что Алекс – добро, а Жора есть зло, и как показала практика: зло не дремлет!

– Какая проницательность, – буркнула я, ставя полупустой стаканчик на пол. Расслабляясь под чарами мерзкого вина, я почувствовала себя падшей женщиной.

– Илюх, кури спокойно, – напутствовал Жора. – Кому не нравится, пусть не смотрит!

– А может нам ещё и не дышать?

Моя кровь начинала закипать.

Илья, сломленный напором моих возмущенных глаз, убрал неподожжённую сигарету обратно в пачку.

– Илюх, ты чего?! Будет тут всякая матросня командовать! Сегодня тоже один вздумал меня жизни учить. Пе..к одним словом!

– По себе людей не судят! – с жаром выдала я.

Жора застыл на месте.

– Ты поняла, что ляпнула, курица? – глаза Жоры начинали менять форму: из узких они превратились в средне нормальные, а тело его начало потряхивать.

 – За такие намёки я тебе язык отрежу!

Илья молчал. Успокаивая Жору, Инга преграждала ему путь ко мне распростертыми объятиями. Ярость моя достигла апогея! Сердце не прекращало колотиться. Подобное хамство опровергало теорию, что дикари вымерли вместе с мамонтами в Ледниковом периоде. Однако, больше всего возмутило меня не аморальное поведение Жоры – с ним итак всё понятно – а полнейшее бездействие Ильи.

– А силенок-то хватит?! – поддразнивала я Жору, и он был готов извергнуться нецензурной бранью.

– А ты проверь! Проверь!

Он достал ключи и направился к двери своей квартиры. Инга жалобно взмолилась, но он не слушал её. Охватившее его чувство гнева и безумия всецело управляло им.

«Только не хватало разукрасить лицо в фиолетовых оттенках! Интересно, Алекс будет потешаться или посочувствует мне?»

Илья вмешался в конфликт только, когда увидел в руках друга канцелярские ножницы.