Страницы сгоревшей вечности

– Да! И камнем голову Кристине проломили тоже не у вас.

– Это принимается. Да что случилось? Ты так и не сказал!

– У нас в номере кто-то был.

– Это исключено, если вы, конечно, не закрывались на ключ. Если нет, то тут я за всех ручаться не могу.

– Комната была закрыта! Я первым делом все проверил. У кого есть запасные ключи?

– Есть у меня, разумеется. Они висят тут, под замком. Вот от замка этого ключ только у меня. Никто не брал и не мог взять. Я никому не даю его, даже Вике.

– Понятно, что ничего не понятно.

– Иди и успокой девушку, ложитесь спать. Утром обговорим. А что произошло, кстати?

– Оставили рисунок на столе.

– Рисунок?

– Да, рисунок. Не знаете, кто тут у вас художник? Рисунок, кстати, неплохой.

– Нет, как-то не замечала, чтобы кто-то из присутствующих тут гостей, рисовал. А там кто знает! Они не докладывают.

– Спокойной ночи. Не хочу оставлять Асю надолго одну.

– Спокойной ночи. Знаю я, кто тут хорошо рисовал, но это полный бред, – тихо сказала Венера, когда Дима скрылся из вида.

Дима вернулся в комнату, Ася плакала.

– Дима, что происходит? Кто это нарисовал?

– Это шутка чья-то. Я уверен.

– Что сказала Венера? Ты же к ней ходил?

– Она сказала, что ключи не висят в общей доступности. Они под замком, и никто не может ими воспользоваться, кроме нее. Дверь была закрыта. На третий этаж не добраться. Варианты закончились.

– У меня есть вариант.

– Только, пожалуйста, не придумывай ничего сверхъестественного.

– Это была она. Больше некому.

– Ты думаешь, что это нарисовал призрак?

– А кто еще?

– Ася, видеть призрака ты, допустим, можешь, а вот физическая активность призракам не по плечу.

– Откуда ты знаешь? Даже твой отец не знает. Она стучала в окно моей машины! Я проснулась от этого звука.

– Она могла мысленно передать тебе эти звуки.

– Ты думаешь, такое возможно?

– Не знаю, но больше версий у меня нет.

– Нет, конечно.

– Вот и хорошо. Нужно снять отпечатки пальцев.

– А как ты это сделаешь, когда мы отрезаны от мира?

– Сегодня отрезаны, завтра соединимся. Не переживай. Я обязательно выясню, кто это нарисовал.

– У тебя в органах есть человек, я вспомнила. Вот возьми пакет, его никто не трогал. Прячь.

– Никому не показываем?

– Я хочу его показать Венере. Ты не против? На стенах висят рисунки.