О друзьях и дорогах

Серёга шагнул в снежную целину первым и провалился больше чем по колено вместе со своими широкими лыжами, и пошёл тяжёлой походкой вперёд. Наши лыжи к такому рыхлому снегу готовы не были, мы трое увязли ещё больше чем наш лидер. Отступать было некуда впереди нас ждала изба, горячий чай , пельмени и прочие радости жизни. И представляя всё это, мы поползли медленно в гору, прям как у Некрасова только вместо хвороста у нас за спиной были рюкзаки. Первых 50 метров мы одолели достаточно живо, спина под рюкзаком вспотела, дыхание было пока ровным.

Мы переглянулись поддержали взглядом друг друга и двинулись дальше. Лыжи в глубоком снегу слетали с ног, их то и дело приходилось поправлять, строй наш постоянно нарушался. Серёга шёл упорно вперёд, сказывалась подготовка и опыт,а мы ковыляли за ним. В итоге все трое сбросили лыжи и меняя в строю друг друга ползли за нашим первопроходцем. Так мы одолели самую крутую часть подъёма, впереди лежало метров восемьсот хоть пологого но всё таки подъёма. На штурм первой половины пути у нас ушёл целый час и мы выглядели не так свежо но были бодры и карабкаясь вверх подшучивали друг над другом это помогало нам двигаться в снежной каше.

Вторая половина подъёма отнимала силы ещё быстрее, пришлось сменить тактику восхождения, теперь мы менялись местами все четверо, первый прошёл 50 метров и в конец колонны, второй становится первым и так далее, ползли мы так больше часа и наконец достигли вершины. Пар валил от нас как от загнанных лошадей, сердце выпрыгивало за пределы одежды.

Перед нами лежала равнина-это вселяло некоторую надежду. По нашим прикидкам до избы оставалось идти часа четыре. Поэтому решили подкрепиться чем бог послал. Сало, колбаса, хлеб малость водки и чай. Приняв всё это во внутрь стало интересней смотреть на окружающий мир. Зимний день короток и посему надо было поторапливаться. Серёга встал на лыжи и мы выстроились за ним. Двигаться по равнине было гораздо легче. Так мы добрались как нам казалось до нужного места и начали спуск к ущелью. Солнце клонилось к закату. Спускаться и подниматься задачи оказалось практически равными лыжи опять начали срываться. Но мы шли растянувшись метров на двести. Я шёл вторым спереди и сзади слышалась отчаянная матерщина и прочая ругань. В итоге мы оказались в каком то распадке заваленным буреломом. Остановились прислушались впереди слышался лай собак и гудели проезжающие машины, значит дорога к которой мы стремились рядом. Сумерки сгущались и ориентироваться становилось труднее.