Дорога к рассвету – 4

– Шибко голова болит? – сочувственно поинтересовался Егор, немного успокоившись от осознания того, что с Полиной всё в порядке.

– Вроде ничё уже, – ответил шофёр.

– Ты сиди пока, не двигайся. А я сам трос закреплю, попытаюсь вытащить.

Когда Матвей Иванович подъехал с подмогой, Егор уже сам вытащил уазик из кювета на дорогу. И, отдав ключи зажигания от своего грузовика Ивановичу, сказал:

– Иваныч, я тебя уважаю, хорошо отношусь, но Полинку за рулём твоего грёбаного уазика чтобы больше не видел. Машину в гараж тащите сами, вот вам мой грузовик.

Поставите его в свой гараж, а я его потом заберу. Там аптечка есть. Лёньке дайте анальгина и к фельдшеру его завезите, пусть посмотрит, нет ли сотрясения.

– А ты сам куда? – поинтересовался Матвей Иванович.

– На лесопилку к Полине. Если она ещё не ушла. Но если ушла одна через лес, Иваныч, я башку с тебя снесу, ты меня знаешь, – ответил Егор и, сплюнув, отвернулся от бывшего начальника.

Матвей Иванович провожал его взглядом. Егор шёл пешком в сторону лесопилки, до которой оставалось два километра.

– Любит он её, – беззлобно произнёс Иванович, вздохнув, и добавил, – Вот и злится. Ладно, Лёня, айда в машину. Поехали, заводи, Пашка! – крикнул он второму шофёру, приехавшему вместе с ним на подмогу.

Ночь в сторожке

Егор нашёл Полину в сторожке у деда Фёдора. Девушка сидела в углу за столом и пила тёплый чай с коньяком.

– Проходи, Егор, – приветливо кивнул в сторону вошедшего в сторожку мужчину дед Фёдор и пояснил, – Вот, для особого случая припас.

Знатный коньяк. Теперь отпаиваю девочку. Замёрзла, бедолага, и ещё к тому же испугалась сильно.

Егор стремительно приблизился к столу, резко схватил Полину за плечи и так же резко поднял и прижал к себе.

– Что же ты, дурёха, со мной делаешь?! Да если бы ты в той машине сейчас оказалась, я бы Иванычу башку проломил, в живых бы не оставил, – с горечью произнёс мужчина. Он держал девушку и не отпускал. Полина, на удивление, не сопротивлялась.

– Ну, я это… пойду, – засуетился дед Фёдор, мгновенно догадавшись обо всём, и деловито сказал, – А вы тут хозяйничайте.

Да дровишек, Егор, подкиньте в печку. А я утром приду. Устал я, дома буду ночевать. В избе. Полежу на мягкой кровати, спину выпрямлю, да телевизор спокойно посмотрю. А вы на ночь вместо меня оставайтесь. Всё равно машины сейчас не идут в посёлок, завтра только. А пешком холодно идти, да и темнеет уже. Ночуйте, койка узкая, но вы разберётесь сами. Я пошёл.