Тюльпаны для Лили

– Эй, Алекс… Ты чего? – опешил Денис, а я метнулась за Алексеем в комнату, забилась в угол кровати и молча наблюдала за действиями парня. Денис показался в дверном проёме.

Алексей, сложив все свои вещи в сумку, встал, выпрямился.

– Знаешь, что, Дэн… Я думал, ты друг мне. Но друзья таких вещей не говорят.

– Алекс, да брось ты! Ну, не будем мы же из-за девки ссориться!

– Не будем, – спокойно согласился Алексей, – Если бы мне это сейчас сказал кто другой, я бы ему все зубы пересчитал. А ты типа друг…

Они стояли друг напротив друга и смотрели в глаза друг другу упрямо, со злостью.

И здесь вмешалась я, пискнула из своего угла:

– Не надо! Не ссорьтесь! Я уйду. Мне бы только хотя бы день дайте, чтобы отлежаться. Я отлежусь и уйду…

– Вместе уйдём, – повернулся ко мне Алексей, заметил на полу в углу под шторами сумку с моими вещами, распакованную только наполовину, взял её, снова раздвинул ящики комода и начал складывать мои вещи в сумку. Денис, постояв немного, вышел, громко и демонстративно хлопнув дверями.

В квартире наступила зловещая тишина. Алексей же невозмутимо продолжил собирать мои вещи.

– Всё, – наконец произнёс он, – Проверь, всё ли собрал. И сама собирайся. Я тебя на кухне подожду.

Перечить я не осмелилась. Безмолвной тенью проскользнула в ванную, забрала свою зубную щётку, пасту, полотенце и шампунь. Всё, больше я ничего распаковать и расставить здесь не успела, как чувствовала неладное. Когда проходила мимо кухни, то услышала, как Алекс с кем-то говорил по телефону и, судя по всему, о чём-то договаривался, потому что я услышала сумму «Двенадцать тысяч за месяц».

Я вернулась в комнату, сложила вещи в сумку и закрыла молнию замка, когда меня окликнул голос Алексея:

– Маланья, иди обедать.

– Я не хочу, – отозвалась я.

Через пару секунд он сам появился в дверном проёме.

– Не скажу, что у меня аппетит разгулялся, но хотя бы раз в день надо поесть. Через «не хочу» пошли.

И я покорно поплелась за ним. Алекс включил чайник, достал из холодильника пакет молока, хлеб, сыр и ветчину и велел мне делать бутерброды.

Я снова подчинилась, чувствуя себя виноватой в том, что он рассорился со своим другом, с которым дружил ещё с первого курса физкультурного техникума. И пока я делала бутерброды, он с кем-то снова переписывался по телефону. Отвлёк меня от чисто механических действий его голос:

– Хватит, – сказал он. И я опомнилась. Не думая, на автопилоте я наделала полную тарелку бутербродов.