Верь мне, или Сердце изо льда

На ее счастье, невидимые сани припарковались к одному из городских зданий и у повелительницы не было времени на обдумывание наказания.

В негласные обязанности Снежной Королевы входили каждодневные облёты городов и весей, проверка толщины снежных покровов, замораживание рек и живописные узоры на стеклах домов. Вот, наверное, только последнее вносило разнообразие в жизнь ее величества и дарило хоть какую-то радость, потому что она очень любила рисовать. Но и это увлечение лишь казалось безобидным, таким образом, имели возможность расти гордость и тщеславие и еще более усугубляли ее и без того ледяной характер.

Смертные рассматривающие потом ледяные полотна, любовались неведомым миром и мечтали в него попасть. Если в моменты творчества по ту сторону стекла, человек замечал снежную художницу, он в одночасье мог потерять разум. Тогда в сердце навсегда поселялся ее образ, манящий в неведомую даль на поиски призрачного счастья… Кто же доходил до заветного замка, после поцелуя ослепительной снежной королевы терял человеческий облик и превращался в ее слуг: в снеговиков или причудливых зверолюдей из гвардии ее величества, кому как повезет…

Отряхнув с головы рой снежинок-фрейлен, тщетно пытавшихся довести причёску госпожи до совершенства, снежная владычица выбралась из облака шикарной шубы и ступила на парящую тучу.

С виду она походила на обычную девушку лет восемнадцати, но внешняя красота ослепляла. Ее огромные голубые глаза, похожие на бездонные озера, и длинные ресницы, подернутые инеем, из-под которых время от времени, падали крошечные снежинки (говорят, эти снежинки – несбывшиеся мечты людей), покорили и сбили с пути многих. От бриллиантовой диадемы на ее голове, щедро усыпанной драгоценными камнями, расходились лучики невиданного по красоте кристалла, напоминавшего упавшую с неба звезду. И что-то похожее на воздушное облако венчало все это великолепие. Длинные пепельные волосы, приподнятые по бокам, придерживали жемчужные булавки, и открывали лебединую шею. Свисающие застывшими каплями бриллиантовые серьги подчеркивали важность персоны. Тончайший гипюр охватывал стройные руки и немного прикрывал шею, спускаясь легкой волной к запястьям, ниспадал с плеч. Линию талии подчёркивал белоснежный атлас с голубым оттенком, плавно переходящий в широкую юбку, как крыльями гигантских бабочек прикрытую с двух сторон всё тем же тончайшим кружевом. Услужливые придворные подали кисти, и её величество начала творить.