Маракуйя

Теперь расслабленное тело подсказывает, что необходимо наклонить голову в приветственном кивке. Но на этот раз тело потеряло свою власть над ситуацией, зрение перетянуло управление на себя. В глубине зала, все на том же месте парила Звезда. Только уже не та. Теперь она извергала холодное сияние, которое поглощалось окружающим ее мраком. Звезда сияла, но не освещала. Весь ее свет был обращен вниз в Колодец. В этом темном пространстве никто и ничто не существовало. Была только холодная Звезда и темный Колодец. Языки мрака облизывали пространство вокруг Звезды.

Они будто хотели поглотить ее. Овить своими путами и сомкнуться, чтобы Звезда разлетелась на тысячи сияющих осколков. Но не могли этого сделать. Похоже, мрак без света существовать не может. Звезда по-прежнему оставалась над Колодцем, давая ему свет для демонстрации своей устрашающей сути. Серые языки были чем-то похожи на нашу Семью – мы тоже тянулись к Звезде, но не могли достигнуть ее, она всегда парила под сводом Зала, обдавая нас своим сиянием.

Воздух в Зале был обжигающе холодный.

При каждом вдохе нос грозился отвалиться и, достигнув пола, разлететься на мельчайшие осколки. При каждом выдохе зрение демонстрировало туманную картинку. Наши тела пока были теплее пространства в зале. Водорослевые костюмы совсем перестали защищать нас от термической атаки – если приглядеться, всех нас потихоньку начинало колотить. Рядом со мной стоял Девятнадцатый. Временами слышно, как он стучит зубами.

Мы выстроились в ряд поодаль от Звезды и Колодца.

Наблюдаемое зрелище еще и еще больше вводило нас в какое-то эмоционально пустое и физически расслабленное состояние. Никто из нас не собирался покидать выбранного места. Даже наша четверка добровольцев, которая до сих пор крепко держала тело Восьмого, казалось, забыла о своем грузе и просто впечатлялась взаимоотношениями между Звездой и Колодцем. Тем временем в движениях языков мрака начали прослеживаться изменения. Сначала языки тянулись к Звезде, ласкали пространство вокруг нее. Каждое движение было равномерным, без рывков, плавным. Сейчас в движениях появилась спешка, беспокойство, резкость. Изменилась направленность движений. Теперь языки отстали от Звезды и начали бить в пространство зала, будто пытались спугнуть нас, избавиться от посягательства извне. Значит, присутствие нашей Семьи в зале точно не было тайной. Нас заметили и нам не рады. Что странно. Считаю, что наказание мы уже получили. Потеря Восьмого не сравнится ни с чем. Ну, так думаю я.