Что в имени тебе моем?..

– А теперь расскажи мне, как он попросил тебя о помощи.

– Хорошо. Попробую вспомнить поподробнее… – она помолчала. – Он пришел на кафедру, мы с ним разговорились.

– Стоп. Он специально пришел на кафедру, чтобы тебя увидеть?

– Ну-у, – она протянула это «ну-у», и Макс вспомнил, какое трогательное становилось лицо у его бывшей жены, когда она задумывалась. В такие моменты она была похожа на девчонку: наклоняла голову, смешно растягивала слова и начинала накручивать на палец кончик волос. Он представил эту картину и улыбнулся.

А Лена продолжала: – я не ду-у-умаю, что специа-а-льно… Ведь он мог и не увидеть меня в тот день.

– Хорошо. Что было дальше? Вы увиделись и…

– Сначала говорили об истории.

– О чем конкретно?

– Он интересуется восемнадцатым веком… – Лена продолжала говорить медленно.

Макс прервал ее.

– Ладно, не будем о восемнадцатом веке. Давай перейдем в век двадцать первый. Как ваш разговор перешел на мою скромную персону?

– Мы говорили о Екатерине Второй, потом о Павле Первом.

Он нашел какие-то неизвестные документы.

– Лена, прошу тебя…

– Я вспоминаю, Макс. Ты же сам просишь меня вспомнить… Так… Он вдруг замолчал, снял очки и, не глядя на меня, спросил: «Леночка, однажды вы приходили в архив со своим мужем», наверное, он не знал, что мы с тобой в разводе. Знаешь, ученые все – не от мира сего, – Лена все время отвлекалась. – Потом он задал вопрос: «Скажите, ваш муж все еще работает в милиции?» Я ответила, что нет. Ты в полиции не работаешь, и ты уже давно не мой муж.

Виктор Степанович очень расстроился. А я спросила, в чем дело. Тогда он мне сказал, что ему нужна юридическая помощь. Нет, он поправил: помощь милиции. Он вроде бы стал замечать, что в последнее время за ним кто-то следит. Говорил о каком-то письме или письмах.

– Каких письмах?

– Не знаю. Он не уточнил.

– И?..

– И он сказал, что боится.

– Писем? Чего он боится?

– Нет. Он нервничает из-за писем и из-за слежки. Вот я и сообщила, что ты – частный детектив, у тебя свое агентство, и он может к тебе обратиться.

Почему нет? Дала ему номер телефона, объяснила, как доехать. И добавила, что гонорар у тебя высокий, но дело свое ты знаешь и человек ты порядочный. Я ведь правильно сказала?

– Сказала ты все правильно. А дальше?

– Это все.

– Как все?

– Вот так. Он только поинтересовался, может ли он на меня сослаться как на человека, который посоветовал к тебе обратиться. Я ответила, что, безусловно, может.