Когда мы вместе!

Далее с ней стали происходить удивительные вещи: она, то бледнела, то краснела, глаза удивленно выпучивались, она кивала головой, твердя:

– Конечно, хорошо, как вам будет удобно!

Света с Яной с нетерпением ожидали объяснений. Наконец, она положила трубку.

– Ну?

– Ой, девочки!

– Ну?!?

– Это друг Савелия.

– Светка, мы с тобой явно не в теме! Что мы пропустили? Ты когда успела Савелия надыбать? – Сыпала вопросами Яна.

– Анжелочка, давай сначала. Кто такой Савелий? – Нежно обнимая подругу, спросила Света.

– Савелий, это тот самый «скот непорядочный», который мне за услуги пять тысяч заплатил.

– Не свисти! Нельзя обижать клиентов! – Вступилась за невинно оскорбленного мужчину Яна, – тем более, он столько бабла выложил!…

– Анжелочка, скажи-ка, солнышко, а за какие «услуги» он с тобой так щедро расплатился? – Докапывалась Света.

– Я ему маникюр сделала.

– И все?

– Ну, нет…

– Рассказывай!

– Мне неудобно, девочки.

– Говори, что еще ты этому скоту сделала?!? – Не унималась Света.

– Да, ничего больше! Почти… Он заснул, нет, вначале он помылся, потом заснул, а я …одежду его постирала и высушила… еще ботинки…

– Скажи-ка, дорогая, между «помылся» и «заснул» у вас что-нибудь еще было? – Продолжала допрос Света.

– Нет… Ничего больше… А что должно быть?

– Нет, Анжелка, ты на всю голову больная! – Захохотала Яна. – Я-то думала, что ты хоть удовольствие получила, а ты… ботинки… ой! Не могу! Ё-моё, чудо ты в перьях!

Вдруг веселье слетело с нее:

– Кто звонил?

– Его друг, ну… Савелия.

– Что надо другу Савелия? Носки постирать?

Анжела словно не замечала иронии Яны.

– Записался на понедельник на 10 утра. Стрижка, маникюр и, представьте, педикюр!

– Ого! Это под две тыщи выйдет! – Быстро сообразила Яна.

– Анжелочка, дорогая, как я за тебя рада! Наконец, и у тебя появился свой клиент! – Искренне радовалась за подругу Света.

– Ага! Косяком попер! А она, типа оп-па! Видуха – краше на тот свет.

– Яна! Теперь, то же самое, только по-русски! – Тоном учителя словесности приказала Света.

Яна, вздохнув, как бы выражая сожаление по поводу «С кем приходится общаться!», выдала следующую тираду:

– Дорогая Анжелика, ты мне очень дорога, как подруга, посему мне тяжело видеть, как ты пользуешься внешностью, данной тебе природой.