Жизнь Евы

Доктор привел Еву в свой кабинет, усадил на диван. Взял за руку, пощупал пульс. Девушке явно было нехорошо. Слезы лились из глаз. Она будто не понимала, что происходит вокруг. Напряжение последних дней и шок от увиденного сказались на ее состоянии. Шахов сделал ей успокоительный укол. Ему очень хотелось позаботиться о ней.

Иван Ильич просил Шахова лично заняться его погребением:

– У жены нет никого в Москве. Как она одна справится с похоронами? – Говорил он доктору.

Шахов смотрел на Еву и думал:

– Куда она пойдет? В пустую квартиру? У нее нет здесь никого из близких.

Сегодня ее нельзя оставлять одну.

– Ева, где вы живете? Я отвезу вас.

Девушка назвала свой адрес. Ехать к Ивану Ильичу она не могла.

Доктор помог ей встать. Девушку качало, она с трудом стояла на ногах. С каким удовольствием он взял бы ее на руки и унес далеко-далеко, чтобы, кроме их двоих, не было ни души.

Обняв за талию, медленно и осторожно повел ее к выходу, усадил в машину. Когда они подъехали к дому Евы, он помог ей выйти.

Она уже не плакала, но была какой-то полусонной. Они поднялись на лифте, он сам открыл дверь. Ева молча, словно не замечая в своем доме чужого человека, зашла в ванную, постояла под душем, вышла в халате, с мокрыми волосами. Пошатываясь, все так же молча, прошла мимо Шахова в спальню, легла на кровать и провалилась в тяжелое забытье.

Анатолий Николаевич огляделся. С первого взгляда было ясно, что в квартире долгое время никто не жил.

Укрыв Еву одеялом, он прошел на кухню.

Когда Ева проснется, ее надо будет накормить, она очень ослабла. В холодильнике, как он и предполагал, было пусто. Взяв ключи от квартиры, он пошел в магазин, купил все необходимое и вернулся к Еве. Приготовил немудреный ужин, или завтрак? – еду, вскипятил чайник.

Ева все еще спала. Одеяло немного сбилось на бок, обнажив плечо, руку и часть бедра. Волосы разметались золотистым веером по подушке. Она была прекрасна. Он не мог оторвать взгляд от белевшего обнаженного тела в темноте.

Шахов придвинул к кровати кресло, удобно расположился в нем. Он чувствовал себя уставшим, день выдался нелегким.

Думая о Еве, он задремал. Ему снился сон: он и Ева вдвоем стояли на берегу моря и целовались. Она обнимала его, а он прижимал ее к своему телу, ощущая сильнейшее возбуждение.

Шахов проснулся от огромного желания, страсть переполняла его. Ева спала очень беспокойно. Она металась во сне, что-то вскрикивала, стонала, звала кого-то.