Жизнь Евы

Ева сказала, что им следует расстаться. Но он надеялся, что все забудется и все будет, как прежде. Его никогда не бросали женщины. Да и он никого не бросал. С первого дня знакомства, он давал понять, что на серьезные отношения он не настроен. Поэтому, женщины прекрасно понимали, что иметь такого мужчину в роли мужа – боже упаси! Для любовных приключений – это одно, но для тихой семейной жизни – не приведи господь!

А так как Шах всегда продумывал вопрос безопасного секса, то никаких претензий к нему его любовницы не предъявляли.

Ева была первой женщиной, которая хотела прекратить с ним отношения. А ведь он влюбился в нее! Он даже готов жениться на ней!

В клинике, на любимой работе, он немного забывался, погружаясь в беспокойный, а подчас трагический мир человеческих проблем. К подчиненным стал еще строже, срываясь на беззащитных сестричках.

Однажды, вернувшись с дежурства, он задумчиво ел ужин, глядя в экран телевизора. Но не видел и не слышал того, что ему показывали. Мысли его были далеко – далеко.

Вернее, совсем близко, за несколько кварталов от дома – у Евы. Он так тосковал по ней!

Сзади неслышно подошла мама. Невысокая, худенькая татарочка, она одна растила сына, много работала, чтобы он ни в чем не нуждался, чтобы получил образование. Трудолюбивая и кроткая женщина всю жизнь посвятила обожаемому сыну. Она обняла его и спросила:

– Сынок, ты влюбился?

Анатолий не приветствовал разговоров о своей личной жизни, но тут он, как незаслуженно обиженный мальчик, уткнувшись в мамину грудь, чуть не заплакал.

– Да, мама, влюбился.

– А она не любит тебя?

– Нет.

– Сына, как можно тебя не полюбить? Ты же у меня такой красивый!

– Значит, можно. Мама, я не знаю, что мне делать. Я только о ней и думаю.

Женщина молчала, тихо покачивая сына, прижав к себе.

– Отпусти ее. – Наконец сказала мать.– Отпусти. Видимо, сердце ее занято.

В этом году зима никак не могла прогнать с Московских улиц осень. Шел то снег, то дождь. Было холодно и сыро.

Порывы ветра бросали колючий снег в лица прохожих. Из дома не хотелось выходить. Анатолий не звонил Еве целую вечность – неделю! Не в силах больше терпеть, он набрал номер ее телефона.

– Здравствуй, любовь моя! Какие у тебя планы на вечер? Давай, сходим куда-нибудь.

Еве одной тоже было тоскливо, одиноко, но она не хотела оставаться с ним наедине. Она боялась поддаться его обаянию, красоте, силе, боялась не устоять перед его натиском и страстью.