В четыре строчки мысль уместится вполне…

***

Реальность накатила паровозом -

со свистом, паром, лязганьем колес…

И кто-то между рельсами все разрешил вопросы…

Другой, средь одуванчиков резвяся по откосам,

их даже не заметил, не дорос…

***

Пока жалеешь сердцу памятных вещиц,

вполне терпимы сожаленья о минувшем.

Нет для пути еще очерченных границ,

судьбу поправить можно годом настающим.

Но кто-то врежет в Небесах по тормозам -

упрешься взглядом в СТОП от края и до края…

И сувениров, дорогих как образа,

не жаль огню предать, где жизнь вся догорает…

***

Догонять бесполезно – вовек не поспеть,

Но вреднее в строю на затылки глядеть.

Каждый – путник с рожденья, творец и искатель,

Есть тропинки для всех – может, просто посметь?

***

Мы в ответе за тех… За себя, за родимых, какими

появились на свет – легковерных, смешных дикарят.

За невзнузданных тех, с той поры, когда нас приручили,

держим горький ответ… и другие вдогон обвинят.

***

Какая разница – где волки взяли след?

Седок Савраски шалопай был иль прагматик,

Иль в сто умов житейских, мудрый математик?

Для бедных косточек на все – один ответ…

***

Выбирай, выбирай…

Почему бы порой не примерить

образ витязя в раме

на распутье былинных дорог.

Мы всё сами – кто б спорил! -

ум гордо не хочет поверить,

что за всем разветвленьем

сюжетов, подобно деревьям,

там, в бутылочном горле Судьбы,

предначертанный дремлет итог.

***

Дороги, которые мы выбираем…

Знать, сами не агнцы с трагичным прозреньем -

козлам по-овечьи свой путь доверяем

и близим свое на мангал приношенье.

***

Сообразительным – на юг или на запад.

Недальновидным путь на северо-восток.

При всех властях и тронах неизменно карты

ложатся так, и все гаданья нам не впрок.

***

Не спешите оставить позиции -

далеко еще до штыковой.

Это – только налет, репетиция,

просвистевшая над головой.

Предстоят еще битвы серьезные,

будет штурм осаждаемых стен…

А те всадники, издали грозные,

может, скачут, чтоб сдаться вам в плен?

Позавидуешь вдруг атеистам

***

А в уплату за данный нам разум

(а то гордые на дармовщинку)

человек страхом смерти наказан,

Богу-Небу молясь по старинке…

И за дар философских изысков,

за подобность Творцу в созиданьи,

бьемся лбом в поиск истин и смысла,

объясняя абсурд мирозданья.