Карты миров. Дети Соловорана

Вокруг стенами лились вверх струи серого дыма от наших тел, который улетал так же стремительно как появлялся. Мы не видели их глазами, но видели разумом. Потом, на мгновение, наступило иное состояние. Это было ощущение разрыва Вселенной. Тысячи игл пронеслись сквозь душу, протаскивая ее наизнанку через обратный поток пространства. Мы воспарили над телами, а потом вошли в них – корабль плыл по пространству, находя свой путь во мгле. Внизу показалась вода».

«Судно с плеском село на воду, мгла начала рассеиваться.

Над парусом все еще оставались ошметки тумана, но вскоре они исчезли. Счищая оболочку, в которую превратился биопротекторный комбинезон, люди теперь с интересом прильнули к бортам. Корабль входил в порт, сиявший в лучах солнца золотисто-красным цветом».

«Поспешно спустив шлюпку на воду, я, несколько членов команды и девочка, которая очень просилась поехать с нами, поплыли к пирсу. Вскоре лодка пристала к брусчатому причалу. Прогнившие доски вели к городу, утопавшему в медном свечении.

«Город, на первый взгляд, состоял из нескольких уровней. Верхний был менее населенным. Он располагался в чаше полуострова на вертикали скал, где карабкались редкие деревья. За желтоватыми оградами притаились такого же цвета дома, увитые ползучими красными растениями. Крыши их сверкали красно-оранжевой медью. Чуть ниже гнездились дома попроще. Их грязноватые стены уныло смотрели на нижний город. Договорившись держаться вместе, двинулись мы в путь».

«На нижнем уровне, как и во многих других мирах, которые мне довелось посетить, было особо людно.

По улочкам стекались к порту странно разодетые люди в конусообразных головных уборах. Их одежда развивалась на ветру. Сквозь нее просвечивали тощие белесые ноги и жилистые руки. На первый взгляд, внешне они мало чем от нас отличались. Разве что глаза у них были маленькими и блестящими. Из-под шапок свисали черные вьющиеся космы. Бороды ни у кого из мужчин не было, только длинные черные усы».

«Мы двинулись вперед, вверх по улицам, застроенным деревянными домами, крытыми соломой.

Крыши были украшены живыми фиолетовыми цветами, а на маковках их конусообразных концов красовались крупные медные листья».

«По переулкам тянулись невероятные запахи, описать которые как вкусные, было бы слишком далеко от истины. Как сейчас помню эти дурманившие ароматы, от которых желудок начинал трепетно урчать, а рот наполнялся слюной, заставляя голову думать только об одном – о еде.