Эллирея

Бутылка стала присутствовать в нашем доме на столе всё чаще и чаще. А я стала единственной, кто занимался делами магазина. Мне пришлось рано повзрослеть. В те годы, когда дети ещё играют в игры, учатся, только начинают своё становление как личности, я вовсю занималась бухгалтерией и приёмом товаров, училась видеть в глазах поставщиков и перекупщиков ложь, улыбалась покупателям.

В тринадцать я стала сиротой при живом отце, он всё больше и больше катился в пропасть.

Первое время стража приносила невменяемого отца с улиц или от дверей питейных заведений, но потом весь наш квартал привык к моему отцу, валяющемуся то у одного забора, то у другого. Иногда я сама затаскивала его в дом, недошедшего до дверей.

А в мои четырнадцать он умер. Стража не входила на этот раз в лавку, а чёрную весть принёс наш бывший приказчик, сухо сказав:

– В морге Управления твой отец. Сходи, опознай.

Завтра заберёшь. Не забудь отписать его родным – пусть приезжают и помогут тебе.

Голубиная почта отправила две весточки: сестре и брату моего отца. Тётя ехать отказалась, написав в ответном послании слова соболезнований. А вот дядя – явился. Старший брат отца – Риган Вакур – был таким же невысоким, с проплешинами, мужчиной. Его лицо выдавало фамильные черты. Он постучался в мою дверь в день поминального обряда, когда соседи и родня в серых одеждах должны вкушать за общим столом белый хлеб, испечённый в Храме, и запивать святой водой.

Тёмно–серый костюм моего дяди был отменного качества, на рукавах и шее сверкали драгоценные камни. Я, в своём не по размеру маленьком старом сером платьице с зарёванными глазами, казалась нищенкой, зашедшей попросить милостыню.

Дядя прибыл один, хотя у него было несколько взрослых детей и жена. Он сначала показался мне добродушным человеком, но потом, из его разговоров со мной и соседями, я сообразила, что причина его приезда банальна: прибрать к рукам отцовскую лавку и меня вместе с ней, выдав замуж за нужного человека, возрастом старше меня раза в три.

Опыт, пусть и небольшой, в ведении дел у меня был, поэтому я собрала все бумаги, оставшиеся от отца, и отправилась к Градоначальнику нашего славного Туринга.