В тихом омуте

 – Денис замолчал, а я, не сдержав эмоций, выпалила:

– Господи, я тебя обожаю!

– Да ладно уж… Что уж там … – наигранно заскромничал Денис. – А что это ты, в самом деле, в такую рань уже на ногах? – додумался спросить он.

– Да так… Ночью Барабашку гоняла. – решила отболтаться я. В телефоне повисла тишина.

– Что случилось? – мгновенно посерьезнев, требовательно спросил Денис.

Вкратце я пересказала ему события этой ночи.

– Хочешь, я приеду? – задал он вопрос.

Тщательно подбирая слова, я ответила:

– Пока не вижу необходимости.

Хотели бы что-то со мной сделать – шанс у них был.

Подобный трудовой порыв человека, конечно, вызывал слезы умиления, но, объективно, крайней необходимости в присутствии Дениса не было. Тот, кто сбегал от меня ночью, испугался, по-моему, даже больше, чем я. К тому же, находиться с ним в одном доме двадцать четыре часа в сутки, в мои планы не входило. Умные люди говорят, что между мужчиной и женщиной дружбы быть не может, так что не будем искушать судьбу.

– Как знаешь… – ответил Денис. – Если что, зови. И, пожалуйста, будь поосторожней.

Клятвенно заверив его в том, что я – само благоразумие, мы, наконец, попрощались. В голосе Дениса явно читалось недоверие. Ну, да Бог с ним. Переживет.

Приведя себя в порядок, я отправилась во двор осматривать место ночных приключений. Чердачное окно было распахнуто настежь. Чуть дальше, по дороге до калитки, валялся перевернутый оцинкованный бак, недалеко – погнутая крышка от него.

Должно быть, вернувшись вечером домой и прибрав в сторону лестницу, я отрезала путь к отступлению тому, кто в тот момент находился на чердаке. И ему не оставалось ничего другого, как спускаться с чердака, рассчитывая лишь на свои силы и удачу. Даже если человек полностью повис на руках, держась за чердачное окно, до земли оставалось еще довольно высоко. И, спрыгивая, человек угодил прямиком в стоявший у стены бак, перевернув его и при этом и погнув металлическую крышку. Этим вполне можно объяснить грохот, раздавшийся на улице. Тем не менее, ему удалось сбежать, значит, сильных повреждений человек не получил. Вопрос в том, как долго он находился на чердаке?

Честно говоря, уходя из дома днем, внимания на лестницу я не обратила: находилась ли она у чердачного окна или ее туда переместили уже позже, в мое отсутствие. Однозначно можно утверждать лишь то, что в момент моего возвращения – в доме я уже была не одна.