В тихом омуте

В ее подчинении находилась целая толпа народа, но будучи очень структурным человеком, ей удалось отладить работу коллектива до точности часового механизма. Признаться, я ей иногда даже немного завидовала, потому что собственным постоянством похвастать не могла. Единственной загадкой для меня в Маше – была ее семейная жизнь. А точнее ее муж – Валера. Познакомились они еще на втором курсе института, встречались года три, а затем, как положено, поженились. Маше все это время с блеском удавалось совмещать семейную жизнь и потихоньку строить карьеру: звезд с неба не хватая, но целеустремленно двигаясь в заданном направлении.

«Терпение и труд – все перетрут» – это как раз про нее. Валера же был подающим надежды инженером-архитектором. Свою деятельность он начинал в достаточно крупной строительной компании, принимал участие в подготовке небольших, но международных проектов. Даже дом, в котором они живут по сей день – являлся предметом его личной гордости – он самолично создавал проект своего семейного гнездышка. А затем что-то пошло не так. Строительная фирма, в которой он работал, завоевывала все новые рынки, расширялась – Валеру стали приглашать за рубеж. Бесконечная череда новых знакомств, конференций, корпоративных праздников, обязательным атрибутом которых был алкоголь… Маша смотрела на все это настороженно, но Валера уверял ее, что все для него складывается самым что ни на есть лучшим образом, – начальство за него горой. И в какой-то момент, ожидая закономерного повышения на работе, Валера столкнулся с суровой действительностью: на место ведущего инженера был назначен более молодой и менее известный коллега – предпочитающий выполнять свою непосредственную работу, вместо того, чтобы блистать в свете фотокамер на пресс-конференциях. Уязвленная гордость не позволила Валере смериться с реальностью и остаться работать на прежнем месте, а нового, «соответствующего его статусу», так и не нашлось. В результате из прежней жизни остался лишь алкоголь да воспоминания о былых заслугах. История о том, как «подающий надежды» превратился в просто «поддающего». За последние десять лет дом, задуманный как семейное гнездышко, потихоньку приходил в упадок, поддерживаемый исключительно силами Маши, потому что от одних только воспоминаний крыша сама не починится. У Маши уже давно была своя личная жизнь, но при этом разводиться она не собиралась, внешне сохраняя видимость благополучной семьи.