Зеркала и галактики

Опоры под ногами не было видно, все тонуло в бархатной тьме, а сгусток живого золота вихрем кружился, вился, летал на фоне прозрачного пламени, за которым появились женские фигурки – смутные силуэты чуть темнее огня. Вскинув руки, они вдруг ринулись в пламя, пробежали насквозь – и окружили танцора, сами охваченные огнем. Горели их платья, накидки на головах, горели перчатки и туфли – плавились и стекали горящими каплями, растекались у ног. Огненные женщины раскачивались, вертелись, бежали друг за дружкой, сжимая пламенный круг, подбираясь все ближе к золотому танцору, рассыпая огненные капли с пылающих одежд.

Стена огня на заднем плане съеживалась и меркла, бархатная чернота натекала на пламя.

Сквозь прорези черной с золотом маски сверкали глаза: вспыхивали яркие блики, а самих глаз и не разглядишь. Высоко подпрыгнув, танцор закружился – и кружился долго-долго, медленно опускаясь в ожерелье из горящих женщин; они остановились и согнулись в поклоне, а длинные подолы развевались, как от ветра. Раскинув руки, человек в маске запел.

Сильный страстный голос ворвался из динамиков в зал, перекрыл шум, хохот и крики. Шантариваа-но – песня усталых охотников, благодарящих Ханимуна за богатую добычу. Хмельные гости дружно подхватили, и голос, сделавший бы честь и СерИву, потонул в скверных воплях.

Песня оказалась короткой; гости взревели на последних аккордах и смолкли. На экране танцор-певец сорвал с себя плащ, взмахнул им над спинами склоненных женщин. Их одежды полыхнули синим – и вмиг сгорели дотла.

Нагие женщины неспешно распрямились и упорхнули в стороны, за пределы экрана. Танцор снова махнул плащом, и золото ударило в глаза, застлало экран – бегучее, переливчатое, похожее на солнечные блики на воде.

Картинка видео сменилась. Тот же танцор, но в синей маске, полуголый, стоял на берегу озера с иссиня-зеленой водой. Под водой колыхались какие-то тени.

– Что это? – спросил Дэсс у подошедшей официантки.

– Лучшее из ваших песен сезона, господин Домино. Обычная передача в эфир не вышла, поэтому – вот… – Затянутая в короткое красное платье девушка улыбнулась и протянула ему поднос с бокалом: – Не отведаете ли вина?

Дэсс не рискнул отказаться, но и пить не стал, лишь смочил в вине губы.

– Спасибо. – Он поставил бокал обратно. К счастью, кроме официантки, никто не обратил на него внимания – гости были слишком заняты весельем.

На экране Домино бросил в озеро горсть сверкающих самоцветов, и поднялись огромные волны.