Убийство в Кошачьем Раю

Хотя Крис умеет держать рот на замке, Молли в нем уверена больше, чем в себе самой. Вчера, например, чуть не проболталась. Когда усталый Рэй, уже после всего, вдруг приподнялся на постели, тревожно посмотрел на Молли и спросил неожиданное:

– Ты что – хочешь уехать?

– Нет, – она удивилась. – С чего ты взял?

– Ты как будто не здесь. Не со мной. Думаешь о чем-то…

Молли смутилась и поцеловала его в плечо, и Рэй больше ни о чем не спросил. Он любит ее и верит – верит абсолютно, безоглядно. Внезапно ей стало так стыдно, что Молли чуть не рассказала правду.

Едва сдержала данное себе самой слово. Ну и правильно, что смолчала. Кто знает, как бы Рэй отнесся к ее откровениям? Мужчины – народ непонятливый. Даже лучшие из них.

Рэй лежал на спине и сумрачно глядел в потолок, где буйно вилось по натянутым ниткам какое-то растение. Молли подумалось, что такой тонкий профиль и такая чистая бархатистая кожа бывает у подростков, да и то изредка, а ведь Рэю уже двадцать девять.

– Ты самый красивый на острове, – сказала она.

– Чепуха, – возразил он. – Самая красивая – ты.

Молли засмеялась. Было, от чего: Рэй светло-русый, с серо-зелеными глазами, а ресницы у него черные и густые, любая девушка обзавидуется. А Молли? Смех один! Для роли Королевы Кошек ей пришлось выкрасить белесые брови и ресницы в коричневый цвет, волосы сделать двухцветными – сверху серебристые, а к ближе к концам кофейные, точь-в-точь как у Ангелики. А еще «временная татуировка», которую надо подновлять раз в неделю.

Визажистка сказала, что нечего каждый день наводить макияж, и пусть Молли ходит с несмываемой краской на лице. Молли и ходит: подсиненные веки, рисованные черные «стрелки», приподнятые уголки губ тоже нарисованы, с верхней губы на щеки идут перламутровые линии, похожие на кошачьи усы, на лбу – такие же кошачьи «брови», и черный треугольник на кончике носа. Слава богу, Рэй не смеется над Молли, хотя рассматривает ее с подозрением, а целует так, словно пытается стереть краску. И Крис не смеется…

Молли невольно прижала к груди Шушара.

– Бедный ты мой. Бедный Крис…

Она поймала себя на имени, которое шепчет, забывшись, и досадливо прикусила подрисованную губу. При Рэе бы не проговориться. Он не поймет. Как пить дать, рассорится с другом. А дружба – это святое, и не Молли ее разрушать.

– Бедный Крис… Тьфу ты! – Тряхнув головой, Молли сосредоточилась и отчетливо вымолвила: – Бедный Рэй.