Воины Смерти

Бедная лорсиха все звала своего теленка, все ждала: а вдруг он вернется? Прежде Даниэлю казалось, будто его жилище – самое покойное место на всем Атабаске; но вот сюда заявились лемуты, напомнили о каверзах окружающего мира.

Надо было похоронить Танцующего Под Луной. Его не подвесишь к потолку, как копченый окорок, и один Нечистый знает, какие твари соберутся ночью на нем пировать. Даниэль сунул в рот кусок оленины – той самой, которую вез для роскошного ужина, – выпустил из хижины Сильвера, дал ему нести в зубах незажженный факел, кликнул Сат Аша и понес лорсенка к реке, чтобы закопать на открытом месте.

Тайг жил обычной ночной жизнью. Шорохи, писк, крики ночных птиц, уханье филина. Вдалеке затявкала лисица; над головой раздался мягкий шум и посвист больших крыльев. Даниэль проводил взглядом силуэт снявшейся с дерева и полетевшей вдоль реки крупной птицы. Затем он воткнул факел в землю, зажег его и принялся копать мягкую землю. Правильное выбрал место – почва здесь легкая, без корней; скоро управимся.

Сильвер сидел за кругом света, наблюдал за хозяином, держа на весу одетую в шину лапу. Его глаза то и дело отсвечивали зеленым, а седая шкура в белесом сумраке не успевшей загустеть ночи казалась белой. Сат Аш поначалу настороженно прядал ушами, озирался, затем отошел к прибрежному кустарнику и начал обкусывать молодые ветки. Даниэль углубился в работу: коли старый лорс ужинает, можно быть уверенным: врагов поблизости нет.

Совсем стемнело, и лишь красноватые отсветы пламени дрожали на сухой, поросшей мхом и редкими былинками земле.

В вырытой яме лежала густая тень, и оттого могила Ау Таха казалась глубокой, как колодец. Даниэль опустил лорсенка в яму и принялся сноровисто засыпать.

Внезапно Сильвер вскочил и, припрыгивая на трех лапах, повернулся к лесу. Старый лорс прекратил жевать. Даниэль отложил лопату и потянул из ножен меч. Клинок вышел бесшумно, но ярко блеснул в свете пламени. Даниэль отступил в темноту, напряженно вглядываясь и вслушиваясь.

Ровный гуд москитов, печальные вскрики совы-сплюшки, громкий плеск на реке – какой-то зверь бросился в воду и поплыл…

«Сат Аш, – мысленно позвал пастух. – Сат Аш, поди сюда. Ко мне!»

– Сат Аш, – окликнул он вполголоса, так как старый лорс не шелохнулся. Даниэль с трудом различал черную массу его тела на фоне кустарника.

Глухо заворчал Сильвер.

– Сат Аш, ко мне! – повелительно сказал Даниэль.

Упрямец опять не послушался.