Качели Ангела

Затем внимательно прослушали с помощью стетоскопа, и простукали пальцами её грудную клетку:

– Вам нужно будет поехать с нами, – сказал, закончив осмотр, врач, – у меня есть подозрения на пневмонию, истинный диагноз можно будет подтвердить либо опровергнуть только с помощью рентгена. Собирайтесь, мы ждём в машине.

Трясущуюся в лихорадке Алёну доставили в инфекционную больницу города. В приёмном отделении дежурный доктор ещё раз осмотрел её и, написав несколько бланков, отправил по кабинетам сдавать кровь и пройти рентгенографию.

Через полчаса Алёна снова была в кабинете дежурного со снимком и готовыми анализами. Врач долго рассматривал плёнку и, наконец, сказал:

– Ну что ж, придётся Вам остаться в больнице, у Вас левосторонняя пневмония. Сейчас сестра проводит Вас в палату, а затем пригласит на укол и капельницу в процедурный кабинет. Пока у меня всё.

Три дня Алёна лежала, пила много воды и спала. Окружающее мало её интересовало, она была очень слаба. Но вот, на четвёртый день, проснувшись утром, Алёна поняла, что она ужасно проголодалась и съела бы слона! Обрадованный Андрей, которому Алёна позвонила с просьбой принести чего-нибудь вкусненького, притащил столько продуктов, что можно было бы накормить ими всё отделение.

Вечером Алёна, съев апельсин, отправилась в процедурный кабинет на уколы.

И тут её внимание привлекла странная картина: в одной из палат, устроенных по типу бокса, за широкой стеклянной дверью, виднелась железная детская кроватка, а в кроватке стоял, держась за прутья, малыш и даже не плакал, а как будто скулил жалобным и тонким голоском.

Но мамы нигде не было видно, да она и не спешила, казалось, его утешить. Войдя в процедурный кабинет, Алёна задала медсестре вопрос:

– Скажите, а почему малыш из восьмой палаты один? Где его мама?

– А кто ж её знает, где она! – ответила в сердцах сестра, – Это отказник, сначала они попадают к нам на карантин, а затем их уже отправляют в дом малютки.

В сердце Алёны что-то оборвалось, то же щемящее чувство, когда она подобрала на улице мокрого, облезшего, несчастного котёнка, вдруг накрыло её волной, к горлу подступил комок.

Нет, она, естественно, слышала и знала, что в мире существуют брошенные дети и детские дома, но ни разу в жизни ей не приходилось сталкиваться с подобным наяву, и ей казалось, что всё это живёт лишь на экранах телешоу, да на страницах книг, где-то там, в параллельной вселенной, но не рядом с нею.