Калейдоскоп

Но назавтра он появился в нашем офисе вновь. На сей раз, он пришел с банкой чудесного итальянского кофе «Лавацца».

– Иоланта, а теперь позвольте и мне предложить вам кофе. Я уверен, что он вам понравится, – немного высокопарно произнес он, и я не стала спорить с этим напыщенным юнцом.

Я включила чайник и пока он закипал, мы немного поболтали о чем-то незначительном. Мальчик оказался не таким уж и букой, каким я увидела его накануне. Приятный и милый собеседник. Очень обаятельный. И не робкого десятка.

Свежезаваренный кофе заполнил ароматом кабинет. Мы с удовольствием смаковали чудесный напиток, и я чувствовала, что мальчик немного напряжен, но понять причину его скованности не могла.

Примерно через час очаровательный молодой человек отправился по своим делам, а я еще долго вдыхала приятный запах «Лаваццы».

На следующий день посыльный принес мне букет огромных хризантем. В нем я нашла маленькую открытку, в которой было написано всего три слова: «Вы мне нравитесь».

Ну скажите на милость, какой женщине не понравится подобный знак внимания?

А потом мы встретились и долго бродили по вечернему городу.

Иногда заходили в приглянувшееся кафе. То кофе выпьем, непременно «Лаваццу», то бокальчик вина пропустим.

Затем эти вечерние прогулки участились.

Что я испытывала тогда? Радость жизни и новизну ощущений. Я была счастлива.

2

Девочки внимательно слушали мой рассказ. Теперь мы сидели в комнате отдыха и неторопливо попивали «Балтику».

– Ну, а что же Сашка? Он ни о чем не догадывался? – Адамовна с удовольствием уплетала уже третий пирожок с капустой.

– В самом начале моего романа нет. Но спустя некоторое время он как-то внимательно начал поглядывать на меня, словно хотел задать какой-то вопрос и не решался.

– И что потом? – нетерпеливо поерзала Валюшка и сделала очередной глоток холодного пива. – Ты изменила Саше?

– Нет.

– Правда нет? – недоверчиво спросила Марина.

– Ну я же не совсем с ума сошла, чтобы изменить человеку, который дал мне в этой жизни все! – горячо воскликнула я.

 – Я ничего не хочу разрушать. Ухаживания Вадима лишь тешит мое самолюбие. Не более того.

– Ой, подруга, не обманывай ни себя, ни нас. Ты влюбилась по уши! Рано или поздно этот мальчик уложит тебя в постель. Девочки, кто будет пирожок? Пирожок-то последний остался, – Адамовна, не дожидаясь ответа, потянулась за пирожком, который сиротливо лежал на тарелке.