Легенды и были Жигулей. Часовые сумрака

 – И почему обратили именно Кристину?! Кого попало, ведь, не обращают, это всё сказки, что кого то укусили, и тот непременно становиться тоже вампиром!

– Правда?! А что же с ними происходит? – Вяло поинтересовалась я у дочери, (видать для общего развития!)

– Мам! Ты меня удивляешь! Следуя этой логике, если тебя укусил комар, то ты непременно должна стать комаром! – Кратковременная анемия бывает, и беспамятство! Быстро заживающую ранку можно найти, если повезёт! – Отмахнулась она от меня, и опять повернулась к Женьке.

– Так, вся эта страшная сказка с нами вообще и случилась из-за неё!!! Кристя сирота, её бабка с дедом растили, родители отца. Что случилось с матерью и отцом ей никогда не говорили, погибли, и всё! А у Кристины, по материнской линии, оказывается, та ещё наследственность! Ведьмой её прабабка была, и прабабкина бабка, и так у них это по женской линии передается, только в разной степени тяжести, кто гадалка, кто знахарка, – я это всё только потом узнал! Махнул рукой Женька, и продолжил.

 – Девчонки согласились, и пошли мы в горы, все вместе! Только в первую же ночёвку на горе, всякая мелкая чертовщина стала с нами происходить. Ну, все пошутили, посмеялись, и спать улеглись! А я, остался за огнём следить. Сижу у костра, и вдруг, слышу, как Кристина рыдать начала! Я, естественно, к ней, спрашиваю, что случилось?! – «Страшно мне, – говорит, – так страшно, что сразу умереть хочется!»

– Тут наверно, у нас всё и началось! – Сделал лирическое отступление Женька. – Я её к костру увёл, всякий вздор ей болтаю, она вроде успокоилась, улыбалась мне сквозь слёзы, а я думал тогда, какая девчонка странная, то плачет, то смеётся!

Сидим с ней у костра ночью, а я, три месяца в Чечне служил, у меня нюх как у зверя, я чужое присутствие, как собака чую! Успокаивать то, я её успокаивал, а сам спиной чувствую, как ходит вокруг нас кто-то! Я в костёр дров подкинул, на всякий случай, и спрашиваю:– «А зверьё в ваших лесах водиться?» – Конечно, – отвечает Кристя, – что же за лес, без зверья! И тут, сзади нас, вроде, как собака завыла, – я и не понял сразу, что это волк.

Ему со всех сторон воем стая ответила. Кристя от страха ко мне прижалась, из палатки Лянка выскочила!

Я перетрухал, тогда, честно! Из оружия только туристические ножи, да ракетница, и та, где то в рюкзаках! А тут костёр потухать начал, и стало видно, как из тьмы перед тобой, волчьи глаза горят! Вот так мы и стояли молча, и смотрели- мы на них, они на нас.