Из бездны с любовью

Ветер с океана развевал его черные кудри, длинные пальцы скользили по клавишам, звенели веселые колокольчики. Он повернул лицо к Лизе, взглянул ей прямо в глаза, усмехнулся и исчез. Назавтра она весь вечер просидела перед телевизором и дождалась: снова вспыхнул золотой песок, покатились синие волны, зазвенели серебряные колокольчики, и небритый принц в белом костюме, улыбаясь, взглянул в ее глаза…

Он почти не изменился за эти годы, только щеки теперь чисто выбриты и в темных кудрях светятся серебряные нити…

– Ты знаешь, что почти год я каждый вечер любовалась тобой по телевизору? Ты был единственным лучом света в темном царстве моей юности.

Марк поднял голову и засмеялся:

– Это тот ролик «Наш бензин как самогонка – чистый, как слеза ребенка»? Да, удачно получилось. Я заработал кучу денег, мы год на них жили.

– Никакой самогонки не помню, только тебя. Красивый, как принц из сказки. И сейчас такой же.

– Лили, я старый. А ты молодая и красивая и будешь такой вечно.

– Я вечно буду с тобой.

– Даже когда я начну хромать, шепелявить и все забывать? – Марк сморщился, сгорбился и пропел дребезжащим голосом: – Теперь же хил и стар я стал, все прежнее оставил…

Иногда ей приходили в голову крамольные мысли, что он более талантлив как актер, чем как режиссер и музыкант.

– Никогда тебя не оставлю. Никогда не любила и не полюблю никого, кроме тебя.

– Так уж и никого? – Он довольно засмеялся и поднялся. – Прости. Бегу. До вечера, родная.

Глава 6

Мандарин-гранат

Зеркальные стены многократно отражали черную мраморную раковину и черную, круглую и глубокую ванну.

Лиза видела себя в зеркалах сразу со всех сторон, сотни хрупких фигурок, одна другой меньше, терялись в сумрачной глубине. Круглое лицо, маленький нос, темные глаза. Каштановые волосы коротко подстрижены. Она всегда завидовала блондинкам, даже когда-то обесцвечивала волосы, но ничего хорошего из этого не получилось. Наверное, главное не цвет, а все остальное, что свойственно светловолосым людям – сухая шелковая кожа, молочный запах тела, мягкость волос. Именно такой была Ольга. Ее фотографии до сих пор висят в каждой комнате. Марк хотел их убрать, но Лиза попросила оставить.

– Это был ее дом, пусть она будет с нами.

– Лилька, ты удивительно хороший человек. Любая на твоем месте давно бы их порвала. Бабы жутко ревнивые.

– Она мне как сестра. Все, что ты любил, мне дорого.

Ольга смотрела на нее со стен, сияя голубыми глазами.