Стражи Мертвых городов

Ты же понимаешь, что в настоящем поединке подобное не сработает?

– Меня учили, что для каждого противника – свои приёмы. На тебе срабатывают эти, – и улыбнулась самой милой из своих улыбок.

Полагаю, он понял, что я издеваюсь, потому что кинулся в бой. Видимо, ему всё это изрядно надоело, и он начал меня теснить. Выросли скорость и сила удара. Моих навыков уже явно не хватало. И когда до меня дошло, что я всерьёз проигрываю, прямо сейчас, на глазах у Киары Закатной, и сдаюсь ему, этому золотому мальчику, красная пелена упала на глаза.

Люси это состояние называет «у Яськи закрылись ставни». Меня накрывает ярость, дикая, первобытная, я теряю связь с реальностью. Это у меня давно, ещё с приютских времён, когда приходилось драться до крови, часто с теми, кто сильнее, чтобы отстоять своё. Маги-тренеры пытались вывести из меня эту особенность, и на время она уходила. До следующего приступа дикости. Вот как сейчас.

В такие моменты я плохо понимаю, что делаю. Я даже не отдавала себе отчёт, что голова почти совсем отключилась, остались в строю только навыки истребителя да жестокая школа уличных драк.

Но, вероятно, это сработало, потому что бой продолжился и даже перешёл на новую ступень скорости. Реальность пробивалась ко мне вспышками. Звон сталкивающегося оружия. Удивлённые глаза парня. Тваревы солнечные зайчики.

Я пришла в себя на полу. Болел затылок – похоже, я знатно им приложилась. Надо мной нависал Кристофер Борн. Он держал свободной рукой мою кисть, всё ещё сжимавшую косу. Древком меча прижал к полу вторую.

Вообще, он сидел на мне сверху и своими ногами фиксировал мои. Я была как стреноженный молодой бычок у скотовода.

– Успокоилась? – мрачно спросил он.

Я с трудом разжала кисть, судорожно сжимающую древко. Оружие скатилось с пальцев, звякнуло об пол и исчезло. Кивнула.

Тут в область зрения попала подошедшая Киара Закатная. Волна стыда окатила, словно я зашла в горячую парилку. Зажмурилась. Сейчас она отправит меня назад. Скажет, что я сумасшедшая и мне нет места на её заставе.

– Крис, отпусти её, – голос истребительницы звучал очень ровно.

Я почувствовала свободу и быстро встала. А вот глаза поднять не смогла, долго отряхивалась и поправляла одежду.

– Ясмина, я вижу, что тебя очень плохо учили в Академии. – От удивления я открыла рот и наконец посмотрела ей в лицо. – Зато очень хорошо учили на улице. Переучивать всегда сложнее, но если мы будем стараться, то точно справимся. Я беру тебя под личное руководство.