Мы не твои

Конечно, зарплата оставляет желать лучшего, но при желании можно устроиться и заработать.

– Надюшка, о чем задумалась, красивая? – улыбается мне Гера, подмигивая.

– Так, о жизни. – улыбаюсь в ответ, очень уж он заразительно это делает.

– Курить пойдешь?

– Я не курю. И потом… нельзя же?

– Станция, стоянка пять минут, мы поскакали!

– Только вернитесь, ребята! – улыбается им Кира.

Они и правда выходят на улицу, а соседка пристально смотрит на меня.

– Ты зачем в такой жуткий цвет волосы красишь, а?

Я опешила, не ожидая такой прямолинейности.

– Я не просто так спрашиваю. Я же салон красоты держу в нашем Руднике, раньше сама была мастером, теперь вот управляю. Ты же блондинка, натуральная?

Опускаю глаза. Не могу я рассказывать почему сознательно закрашиваю натуральный цвет. Почему хочу казаться хуже, чем я есть на самом деле.

– Не хочешь, не говори. Но… ты в Рудник надолго?

– Пока не знаю, может и насовсем.

– Домой? К маме-папе?

– Нет. Нет у меня мамы-папы. – Выдыхаю, стараясь, скрыть подкатившие слезы.

Ее ладонь накрывает мою, что-то такое теплое, ласковое, материнское есть в ее жесте.

– Прости, воробушек.

Недоуменно вскидываю глаза.

– Как вы меня назвали?

– Воробушек, прости если обидела, не хотела, но ты… ты правда похожа на маленького встрепанного воробушка. Обиделась?

Я улыбаюсь.

– Просто… меня все называют воробушком. У меня фамилия Воробьева.

Мы начинаем смеяться, разряжая атмосферу.

– Как я угадала, а? А в салоне своем я тебя жду! Ты, конечно, не гадкий утенок, но лебедя мы из тебя точно сделаем.

– Не надо, спасибо… мне и так… нормально.

– Не нормально! Красивая девушка не должна над собой вот так измываться. И насчет денег не переживай – это будет мой подарок! Давно мечтала почувствовать себя феей-крестной. Сделаем из тебя красоточку! Закачаешься! Потом и принца найдем.

– Не надо принца…

Куда мне принц? Когда я на втором месяце? Принцы за беременными Золушками не бегают…

***

– Спасибо, я не буду, – улыбаюсь Гере, решительно отодвигаясь, от его руки, протягивающей кружку.

– Почему? Болеешь что ли?

– Ребёнка жду. – говорю как-то просто, решая, что врать на эту тему точно не стоит.

– Какого ребенка, ты сама дитё! Тебе восемнадцать-то есть? – Герман, по-моему, потрясен этой новостью.

– Мне двадцать скоро. – снова пытаюсь улыбаться. Мне скрывать нечего.