(не)Чужая жена

Смотрю в ее глазищи перепуганные. Думала, что я ее раздевать буду.

Оно мне надо?

Даже если и надо…

Не сейчас и не здесь, не когда она в таком состоянии, после такого стресса.

Но объяснить этой дурочке политику партии я должен, хоть она и мало что соображает.

Пытаюсь говорит, но вижу – не «вдупляет» она от слова совсем.

Что ж делать-то? Как проще ей сказать?

Да хрен, сказать. Показать ей надо!

Чтобы нутром ощутила, чья она теперь игрушка! Чтобы знала!

Рывком тяну на себя, слышу слабенький вздох и накрываю ее рот.

Властно. Клеймя.

Пусть после этого попробует сказать, что не знает, чья она!

МОЯ!!!!

И все вот это моё!

Обнимаю, но тела ее не чувствую, просто держу, как куклу деревянную.

Мне сейчас не ласка ее нужна, не удовольствие получаю.

Права на нее заявляю!

Тавро выжигаю.

И все равно поцелуй сладкий. Потому что губы у нее шелковые, ягодные, как клубника, которую я до сих пор люблю, как маленький.

И ее до сих пор люблю.

Нет.

Нет, Корсар. Не любишь. Нельзя тебе любить. Давно бы уже понять пора – нет любви. А если есть – не для таких, как ты.

Для таких, как ты, бабло. Даже власть не так важна. Власть – эфемерна.

Бабло реально.

Любовь – фейк. Вызубрил ведь уже, как «Отче наш»…

И девчонку эту ты ненавидишь. Она предала и подставила.

Значит, и еще раз предаст и подставит.

Ты должен защитить и себя, и свое бабло от такой, как она.

Но пока…

Пока ее должен защитить, потому что ее защита тоже в какой-то степени – в большой – с баблом связана. С баблом, часть которого твоя и тебе причитается.

Так что…

Отстраняюсь. Вижу, что она плывет…

Дурочка. Знал ведь, что она будет такая, податливая, страстная, от прикосновения текущая… При этом смущающаяся, как девственница.

Что же с ней такое-то? Она вообще в себя придет? Или?

– Василиса? Ты как? Ты в порядке? Как ты себя чувствуешь?

Блядь, я же забыл совсем, что ее… Главное, меня это не волнует.

Ну то есть ясно, что я в ярости от того, что её кто-то касался, что посмели ей больно сделать. Но мне как мужику вроде как должно быть противно, что в нее кто-то пихал свою грязь… а меня это не парит.

Она для меня все равно чистой бы осталась, несмотря ни на что. Мне главное, чтобы она «кукухой» не поехала после этого. А то сидит. Улыбается как блаженная.

Твою ж мать.