Отец подруги. Моё наваждение

Что называется, проверено электроникой.

Девочки от меня без оргазмов не уходят. Да, да, именно во множественном числе.

Если я трахаюсь, мне надо, чтобы всем было хорошо. Я за обоюдное удовольствие. Поэтому я не занимаюсь сексом просто чтобы сбросить напряжение. Не выбираю одноразовых баб.

У меня есть несколько проверенных любовниц, каждая по-своему хороша. От каждой я беру то, что мне нужно в тот или иной момент, и каждой даю то, что нужно ей. И это не только бабло. Нет.

Мои подружки тоже любят погорячее.

Алёнушка любит пожёстче, ей надо, чтобы я доминировал. Микаэла мягкая как кошечка, любит растворяться во мне, любит нежно, но охуенно делает минет. Сабина умеет удивлять, любит игрушки, ролевые игры.

Чёрт, Агдамов, о чём ты думаешь?

Залип, не знаю, сколько времени прошло. Мой палец все еще касается её рта, проникает.

Я слышу стук её сердца. Отчетливо. Не стук, грохот. Долбит как молот в забое. И моё так же. В унисон.

Ей страшно? Мне вот страшно. Безумно боюсь сорваться вниз.

А потом… потом чувствую осторожное касание её языка… Блядь…

Она облизывает мой палец, втягивая его губами.

И мне сносит башню. Потому что через мгновение я вжимаю тело Евы в стену, впиваясь поцелуем…

Глава 7

Боже, о, Боже! Он меня целует! Он…

Я не могу думать, не могу дышать, не могу отвечать, голова идёт кругом, потому что прямо сейчас Адам Агдамов прижимает меня к стене своего кабинета и поглощает мой рот жадным поцелуем.

Очень жадным, страстным, на грани. Не знаю сколько это длится, может пару мгновений, может вечность.

Мозг мой в отключке. Только эмоции живут. И эти эмоции меня просто разрывают на части, молнией прошибают, нейроны сходят с ума.

Всё на пределе, энергия зашкаливает, кажется, ко мне можно подключить электростанцию и осветить планету.

Я даже представить не могла, что это может быть так. Настолько сильно, мощно, просто нереально. Кажется, я потеряю сознание.

Не отвечаю ему не потому, что не хочу, а потому что просто не в силах. Меня парализовало.

При этом сердцебиение за гранью возможностей, пульс зашкаливает, кровь по венам несется со скоростью звука, кажется, это не кровь вовсе, это какая-то невероятная субстанция.

Его язык нагло трахает мой рот, причём делает это очень умело. Мне остаётся только принимать его безумную, острую ласку и стонать.

Когда Адам отрывается от моих губ, мне кажется, у меня выключили солнце. Сразу темно, холодно, пусто и безумно одиноко. И я непроизвольно всхлипываю.