Я не твоя

Я наблюдал, как мой младший поджал губы. Насупился.

– Подумай, как я буду выглядеть в глазах твоего брата, когда он узнает, сколько денег ты потратил?

– А что думать? У него и спросим.

Ильяс повернул голову в мою сторону.

– Что скажешь, Там?

Я смотрел прямо на нее. И знал, как она может истолковать мой взгляд. Я ничего не скрывал. Не привык.

Ее глазищи, и без того огромные, широко распахнулись. В них был интерес. Любопытство. И страх.

Да, девочка. Тебе лучше меня опасаться. Я хищник. Я чую добычу.

Наблюдал, как ее щечки окрашиваются в алый, и млел.

И словно что-то щелкнуло в голове – моя.

Она моя. Любой ценой. Даже самой высокой.

– Здравствуйте…

Зоя.

Вечер. Я снова пью чай с пирогами – эти мы с Асей готовили вместе. Потом Хосия уходит – ей надо помочь дочери, забрать внука. Она так спокойно оставляет меня, незнакомого по сути человека в своем доме!

– Милая, а как иначе? Я же знаю тебя. Верю тебе. Ты светлая, ты зла нам не сделаешь. Если тебе вдруг надо будет уйти – просто дверь захлопни.

Вот так! Я, конечно, никуда не ухожу. С мамой договорились обо всем, так что… Забираюсь на диван с ногами, под плед, и…

Накатывают воспоминания.

Мне бы забыть, вычеркнуть, но…

Это словно терапия у психолога – надо все заново пережить, переболеть, чтобы идти вперед. А я хочу только вперед! Я должна вперед!

Иначе…

Закрываю глаза и вижу его. Солнце путается в его иссиня-черных волосах. Вижу точеные скулы, легкую небритость – хорошо, что он без бороды…

– Что скажешь, Там?

Там? Тамерлан…

Неужели? Это он?

На меня словно заклятие «остолбеней» наложили.

Замерла, пожирая его глазами. Не могла с места сдвинуться.

Я всегда спокойно реагировала на мужчин.

Мне вообще казалось, что я просто еще «не дозрела». И мама моя говорила то же самое.

А может, дело было в том, что я привыкла воспринимать мальчиков просто как партнеров по танцам?

Ну, то есть я с ними как-то много общалась, дружила, но не как с противоположным полом, именно как с партнерами.

Объяснить это тому, кто не занимался танцами, наверное, сложновато. У них-то была тяга ко мне, как к девочке – может, и это естественно, потому что бальные танцы, особенно «латина» – это страсть, огонь! А я вот не «загоралась» от мальчишек, я именно танцем «горела».

В общем, мальчишки для меня были те же девчонки, только парни – так смешно говорила моя мама.

Правда, с мальчишками было чаще легче, чем с девчонками. У девчонок подводных камней больше.