Украду твоё счастье

– Моя мама не врет! Никогда! – мой малыш не может успокоится, а сердце колотится так, словно я приняла ударную дозу кофеина.

Шепчу тихонько, что нам нужно спешить, но слышу за спиной раскатистое:

– Повезло тебе, парень! Обычно женщины лгут и делают это виртуозно.

Кто бы говорил! Но времени спорить с ним нет, да я и не стала бы. Мне нужно уходить. Сматываться как можно скорее, с этой детской площадки, из парка, из города. Возможно, из страны, в идеале – с этой планеты.

Не знаю, как это сделать, но, если я хочу, чтобы мой сын остался со мной, мне надо бежать!

Успеваю сделать всего два шага.

Мой маленький герой останавливается, и поворачивается в сторону мужчины, бросившего язвительное замечание, и кричит:

– Моя мама не женщина! Она Витаминка!

О, Господи… Хватаю малыша и несусь вперед, уже не разбирая дороги, чувствуя, как слезы потоком льются по щекам, попадая за шиворот.

– Стойте! Остановитесь! Стойте!

Жесткая рука оказывается на моем плече, Егор разворачивает меня к себе, нагло срывая с глаз очки.

– Виталина?

Он изумленно смотрит на меня, словно не веря глазам.

– Ты!

Потом переводит взгляд на Матвея. Разглядывает его.  Егор в шоке, я вижу, как у него почти буквально падает челюсть. Синие глаза становятся почти черными, когда он переводит взгляд на меня:

– Ты ничего не хочешь мне сказать, Витаминка?

Трясусь от страха как заяц. Как кролик перед удавом. Я ничего не хочу сказать! Если бы хотела, сказала бы все тогда, пять лет назад! Когда узнала сначала о своей беременности, а потом…

Рука Егора все крепче сдавливает мое плечо.

Взгляд прожигает.

– Отпустите мою маму! – Матвей смотрит на руку чужого для него мужчины на моем плече, он напряжен и сам вот-вот заплачет.

А я просто в шоке.

– Не пугай ребенка!

Он отпускает меня, убирает руку словно ошпарился.

– Папа, папочка! – дочь Егора бежит к нам. Я вижу, как в ее глазенках закипают слезы. Она обнимает отца за ноги. – Папочка, я боюсь, куда ты убежал?

Он ведь на самом деле побежал за мной позабыв о дочке! И мы оба понимаем это.

Одним движением Егор поднимает малышку на руки, обнимает, прижимая к себе. Я чувствую укол в сердце. Ревность.

– Прости, маленькая, мне просто очень нужно было задержать тетю, которая плакала.

Мы стоим друг напротив друга. Егор держит дочь, я сына. Наверное, со стороны нас можно принять за семью. Дети так похожи на отца.

– Она не плакала! – Матвей не унимается. А я начинаю дрожать так, что зубы стучат.