Эра параноиков

Так, если верить его учению, он за свою жизнь повстречал лишь двух исключительных юношей, у которых была непреодолимая тяга к этим холстам. «Некая вибрация просквозила между холстами, мной и юношей», – так он описал первую встречу с одним из них.

И эти две картины, которые я вам уже показал, были прямыми противоположностями друг другу. Одна из них – одухотворяющая, а другая, напротив, – удручающая.

Повстречав первого юношу, мсье Биссон свято верил, что это дар, данный людскому роду. И что только избранные могут обладать подобной способностью – пребывать в созданном мире каждую ночь.

Он обучал этого юношу своему мастерству и передавал накопленные знания и опыт.

За несколько месяцев до смерти мсье Робэра, к нему зашёл ещё один человек за покупкой холста. И снова он ощутил ту самую вибрацию, которую он не ощущал вот уже половину века. Но итог оказался неутешительным. И мсье Робэру пришлось пересмотреть свои взгляды на определённые вещи. А главное – он начал полагать, что созданные им холсты не дар, а скорее наказание для нечестивых и отрада для светлых душ.

Так и скончался, оставив один на один две противоположности: человека уже в годах, чей взор был устремлён вперёд, и человека, чей взор стал кротким, напуганным, смиренным и печальным. Второй из них каждую ночь переживал свои кошмарные сны, словно наяву, оказываясь в дебрях созданной им же картины. А первый, в свою очередь, мог лишь посочувствовать новому ученику и продолжателю таинства.

Безусловно, перед самой кончиной мсье Робэр оставил огромный труд и напутствие, чтобы подобных ошибок не совершалось впредь и души проходили «очищение», прежде чем взяться за работу.

Так и повелось: каждый последующий мастер, который написал свою картину на холсте, сплетённом мсье Робэром, передавал свои знания и напутствия последующему ученику, охраняя и оберегая холсты, а также картины предыдущих художников. Заранее стараясь осведомить ученика о возможных последствиях и о том, что работа должна быть выполнена в пригодных для пребывания в ней условиях.

Так и я вам дал намёк при первой встрече, что на ней должно быть светлое отображение. И ваш холст – предпоследний, а, значит, вместе с холстом на вас ложится большая ответственность.

Ничего не понимающий Пьер в упор смотрел на старика Этьенна, раскрывая глаза всё шире.

– Теперь, надеюсь, вы понимаете, мсье, что зашли сюда отнюдь не случайно.