Жадность

– Интересно, заметит? – предположила Гирра, меняя несколько баночек между собой, а одну так и вовсе перевернула верх дном.

Одежду девушка сняла довольно быстро, оголив тело, практически наполовину покрытое узорами в виде цветов и стеблей. Единственное, что оставалось, так это повязка, покрывающая руку от плеча до самой кисти. Гирра вообще редко оголяла эту часть руки: максимум, когда меняла бинт, но делала она это быстро, лишний раз предпочитая не смотреть на рану дольше нескольких секунд. Не то, чтобы она стеснялась или считала это изъяном, как принято у аристократии.

В высших кругах даже маленький шрам на теле считался отвратительным и те влиятельные особы, кто каким-то образом получали ранения, старались это скрыть и никому не показывать. Гирра же была слишком беспечна и равнодушна, чтобы думать о том, что могут о ней подумать другие. Этот ожог был просто болезненным напоминанием, душевной травмой, которая нашла проявление на теле. Поэтому лишний раз смотреть на свою руку ей не хотелось – в эти моменты к ней возвращались воспоминания из прошлого, которые хотелось бы забыть навсегда.

Внезапно Гирре пришла идея. Для многих она бы показалась ужасной, даже отвратительной и в какой-то степени безумной, но девушка будто не знала этих понятий и тут же принялась за реализацию своей затеи. Схватив все полотенца, Гирра затолкала их в один из шкафчиков. Желание поиздеваться над спокойствием Вильгельма было таким сильным, что ванну девушка приняла за рекордные несколько минут, хотя и тщательно смыла с себя всю грязь и пыль.

Едва ли Гирра закончила выливать в воду различные средства и бальзамы, чтобы те помогли ей очистить тело и придать приятный аромат трав, как она закричала едва ли не на весь дом:

– У меня проблема! Вильгельм, золотце, как ты мог забыть про полотенца?!

Мужчина пришел быстро. Гирра догадывалась, что он не решился зайти, оставаясь робко стоять под дверью. Тогда девушка взяла всё в свои руки прежде, чем он уйдет, положив полотенца перед входом в ванну.

Оставляя мокрые следы на мраморе, Гирра подошла к двери. Полностью обнаженная, она ожидала увидеть на лице Вильгельма хотя бы каплю смущения, растерянности. Но за распахнутой дверью стоял беловласый мужчина с закрытыми глазами…

– Серьезно? – выдохнула Гирра, взяв полотенца из его рук. Видимо, он уже наклонялся, чтобы оставить их перед входом, как и предполагала девушка, но она его опередила, ведь Вильгельм так и замер в немного согнутом положении.