По Праву Дара и Крови. Ледяная королева

Затем она проводила меня в мою комнату. Пришлось десять делений перемещаться по кованным лестницами, проходить по узким коридорчикам, прежде чем мы достигли цели.

Комнатой явно давно не пользовались, в ней царил немного затхлый запах. Нэтта бросилась открывать деревянные ставни, и через деление пространство наполнилось свежим утренним воздухом. На комоде грубой работы (явно вековой давности) – кованые подсвечники без свечей, на полу – бурая медвежья шкура. Но главная деталь аскетичного интерьера – огромная мягкая кровать под бархатным балдахином с кистями, куда я тут же и завалилась, чем привела служанку в легкий шок.

Она только сообщила, что в ванну (здесь еще и ванна есть!) нагрели воду, если я захочу ею воспользоваться. Если… хм… конечно, хочу!

Большая медная ванна обнаружилась за высокой деревянной резной ширмой в углу. Над ней клубился ароматный пар. Ммм… травяная настойка! Я скинула одежду и с наслаждением погрузилась в воду по самое горло. Поплескалась немного, смыв с себя вместе с потом и грязью ужасы прошлой ночи.

Так не хотелось вылезать, но вода быстро остывала.

Пока я наслаждалась купанием, Нэтта повесила на ширму широкое пушистое полотенце и разложила на кровати чистую накрахмаленную до хруста ночную сорочку, а мою одежду унесла в неизвестном направлении, даже сапоги пропали. Зато вместе с сорочкой Нэтта оставила удобные кожаные туфли, правда, мужские, но по размеру мне подошли (у меня нога не маленькая). Я переоделась в чистое и завалилась спать.

Разбудила меня все та же Нэтта чашек через пять, судя по тому, что солнце ушло на другую сторону замка, и пригласила обедать. Она смущенно предложила мне воспользоваться одним из платьев покойной графини, пока мою собственную одежду приводят в порядок. Пришлось наступить себе на горло и напялить старомодные тряпки какой-то покойницы, но не идти же к столу в ночной сорочке?

Тем же заковыристым путем мы спустились в обеденную залу. К немалому удивлению, вместо Ариста за столом я обнаружила вчерашнего спасителя.

Прислуживал нам на этот раз пожилой мужчина в голубом камзоле, точь-в-точь того цвета, что на фамильном гербе, с пижонскими усиками и накрахмаленным воротничком белоснежной блузы. Наверно, сам управляющий поместьем. Он мило улыбнулся, скользнув удивленным взглядом по моему. хм… наряду, отодвинул мне стул и помог присесть.

На этот раз стол был накрыт скатертью, расшитой серебром, с полной сервировкой, как положено.