Следы на облаках. Том 2

Вслед за гортанным плотоядным рычанием кто-то из обитателей жилища бросился к образовавшемуся проему, пытаясь выскочить на улицу.

– Ку-ку! – бросил Страж, прижав дуло к виску обессиленно повисшего на подоконнике вуланца.

Павел выстрелил, и пуля прошла навылет сквозь череп бедолаги. Он всё равно утром воскреснет, а оставишь в живых, будет под ногами путаться. Павел вывалил тело наружу, рукавом вытер с лица кровь и ошмётки мозга и полез в окно.

В комнате тем временем, судя по рыкам, воплям и возне с причмокиваниями, активно ели кого-то ещё сопротивлявшегося.

Наступившая внезапно тишина знаменовала победу сил зла над другими силами зла – сопротивление было подавлено на корню.

Павел огляделся. Сх*угги была занята роскошным ужином и только вяло порыкивала, на случай, если Павел захочет покуситься на добычу. На её счет можно пока не волноваться. Где зеркало?

Павел заглянул в соседнюю комнату и рассмеялся. Ребята всё же замкнули тоннель. Третий из дежуривших у портала риодинов напоминал белочку в колесе.

На глазах у Стража он два раза выскочил из портала и нырнул обратно, злясь всё сильнее и недоумевая, почему испортилась игрушка.

– Ку-ку! – словарный запас Павла в этом дурацком измерении беднел на глазах.

Впрочем, вуланец всё понял и без длинных фраз. Он дёрнулся и развернулся к неприятелю, прекратив скакать по порталу туда-обратно. Риодин взмахнул руками, пытаясь что-то «колдануть» (в материализации эти ребята разбирались не хуже Стражей), но Павел не захотел дожидаться эффектной демонстрации вуланских возможностей, а по-простому снова нажал курок, почти не целясь.

Обмякшее тело он швырнул аппетитно чавкавшей сх*угги, которая, ошалев от такого счастья, даже пару раз вильнула коротким, словно обрубленным, хвостом.

Портал колыхался в деревянной раме жидкой ртутью. Изучив структуру, Павел сообразил, что именно рама является Ключом. Убрать её – и энергия, искажающая пространство, рассеется в воздухе.

Напевая под нос весёлую песенку под аккомпанемент разгрызаемых костей, Павел аккуратно опустил зеркало на пол.

Материализовал канистру и спички, затем облил раму керосином и поджёг, но не рассчитал. Оплавленная рама растеклась сюрреалистической горящей лужей, освобождённая энергия хлынула на свободу. Локальный взрыв разметал горящие шматки по всей комнате. Павел еле успел нырнуть за старый диван.

Впрочем, один горящий кусок, похожий на лаву, всё же достал его. В плечо словно стрела влетела.