Малыш. Между светом и тьмой

Наконец-то, разомнем косточки! А Мартин призовет войско. Даешь каникулы в аду!

Глава 4

Конечно, я погорячился, заявив, что доволен возможностью вернуться туда, откуда родом. Нежданное возвышение за счет пацана вызвало бурю негодования среди монстров и породило не меньшее количество противников, чем у князя тьмы. Из простого чудовища и низшего создания, пугающего детей и питающегося страхами, я возрос до статуса демона. Сидел за одним столом с великим князем тьмы, получив разрешение вместе с Мартином отдавать распоряжения бесовской гвардии.

Я вовремя забрался в дом старой ведьмы, когда та испустила дух и нарвался на малыша, который не боялся ни темноты, ни таящихся в ней монстров. Не жалел ли я о старых временах? Бывало ночами вспоминал, как бегал из дома в дом, пугая людишек, забирался под кровати, скрежеща когтями о пол. Зависал над спящими детками, внедряя в сознание ужасы и наслаждался долгими, протяжными криками в ночи.

Нет, жалость – низменное чувство, не присущее монстрам, особенно, к самому себе.

Я и Мартина не щадил, порой отвешивая порцию отборных словесных оплеух, когда человеческая ипостась брала верх, и пацан превращался в тряпку. Малыш зацепил меня бесстрашием и непосредственностью. Да, он вырос и изменился, стал рассудительным и терпеливым. Многие качества перенял от Асмодея, но хитрость и обман Мартин оставил папаше. Зато правдой беспощадно убивал наповал, но выборочно: умел промолчать, когда следует.

В загородном доме отца малыш часто крутился среди демонов и прочих выходцев из ада, но те – близкое окружение великого князя.

С другими представителями темного мира Мартин не сталкивался. Я отдавал себе отчет, что шкуру сдерут, в первую очередь, с меня, если не услежу за пацаном. Законы темного мира жестче, чем у людей, но их всякий раз норовят преступить.

Я не представлял, кому понадобились человеческие отпрыски. Не заинтересуйся Мартин вопросом, я и внимания бы не обратил. Но человеческая природа и видения отягощали жизнь малыша, а Мартин – единственный, на кого мне не плевать.

Нэнси – ведьмочка и сестра малыша – не поднялась в моих глазах на ступеньку выше. Осталась той же горделивой и несломленной девчонкой, заботилась о брате, но в собственном магическом развитии не достигла успехов, хоть и превысила силу ванильной мамаши, которая также оказалась ведьмой со связанными силами. Благодаря Асмодею, Нэнси переступила черту недоверия, в первую очередь, к себе и пробудила колдовские силы, но не в полную мощь.