Проклятие Торбаша

Девушка грациозно изгибалась в такт музыке, удерживая в одной руке бокал с вином. Градус заиграл в ее сознании, и я предвкусил откровенную раскрепощенность Марго в минуту близости. Ощутил наплыв желания и двинулся навстречу девушке, ловко лавируя между танцующими телами.

– Соскучился по мне? – Марго вплыла в объятия.

Я крепко прижал девушку, правой рукой зарылся в волосы и приник к сладким от вина губам. Марго и не думала сопротивляться. Свободной рукой обхватила меня за ягодицу, сжала и страстно ответила на поцелуй.

– Хочу тебя!

Я отстранился и взглянул в голубые с поволокой глаза. Провел тыльной стороной ладони по щеке девушки.

– Да, – выдохнула Марго.

– Черт! – выпалил я и оттолкнул от себя девушку.

Острая боль пронзила голову от затылка до виска, пульсируя и вызывая головокружение. Я зарычал, согнулся и схватился за голову.

– Паша, что с тобой?

– Не знаю, резкая боль. Я пойду на воздух, – процедил сквозь зубы и протиснулся сквозь толпу гудящих студентов.

Я пробрался на кухню к черному ходу, толкнул дверь и вывалился наружу. Прохлада майской ночи остужала. Я опустился на ступеньки и выдохнул.

– Паша, – встревоженный голос девушки за спиной заставил напрячься.

– Марго? – я обернулся и посмотрел на нее снизу вверх. – Все хорошо, не волнуйся, детка.

– Уверен? Ты в последнее время выглядишь не лучшим образом, – иронично заметила девушка.

– Правда? Ты заметила?

– Я многое вижу, хоть и считают, что блондинки не далекие.

Ты что-то скрываешь от меня, и я хочу знать, почему.

– Поверь, Марго, тебе лучше не вмешиваться. Я сам не понимаю, что со мной. Иди и веселись, ты заслужила, – сказал я намеренно грубо.

Девушка помедлила, губы шевельнулись, поджались. Марго фыркнула, развернулась и удалилась в облаке обиды.

– Твою мать, – я ударил кулаком о ступеньку.

Девушка не виновата, я зря обидел Марго. Но страх перед ночным кошмаром действовал на нервы.

Я поднялся, вышел в палисадник. Между двух деревьев обнаружил гамак. Недолго думая, я устроился на нем, взглянул на звездное небо сквозь молодую листву деревьев и прикрыл глаза.

– Пять минут тишины, и я вернусь, Марго.

Я пару раз глубоко вздохнул. Боль в голове утихла, уступила место пустоте. Я ощутил чувство невесомости и парения.

– Гамак убаюкивает. Так и вырубиться недолго.

***

Я открыл глаза и не увидел листвы.