Отрочество

Сталина. В этом албанских коммунистов поддержали китайские товарищи. Остальные же делегации в разной степени осудили наметившийся раскол.

Окончательный раскол закрепился и между Москвой и Реутовым, когда 22 ноября 1960 года был открыт для движения первый восточный участок МКАД от Ярославского до Симферопольского шоссе длиною в сорок восемь километров, проходивший и по территории прежнего Реутова.

Раскол произошёл и во взаимоотношениях бывшего сотрудника МИД СССР Петра Петровича Кочета со своими бывшими французскими товарищами.

Даже приезд к нему в гости Пьера Куртада, с этого года работавшего в Москве корреспондентом «Юманите», не произвёл на, отошедшего от активного участия в международных делах, москвича заметного впечатления.

Гость подарил хозяину бутылку французского коньяка, а хозяин угостил его своей рябиновкой.

Куртад рассказал Кочету, как французские коммунисты организовывают массовые кампании против французского империализма в связи со всё ещё ведущейся войной в Алжире.

– «Молодцы! Я хорошо помню, как вы это делали во время войны во Вьетнаме!» – поддержал его Кочет.

– «Да, теперь только одна война сменилась другой!».

– «Как раз в пятьдесят четвёртом!» – уточнил Пётр.

Куртад кратко рассказал Кочету об их общих знакомых, посетовав на позицию философа Жана-Поля Сартра, всё ещё стремящегося соединить марксизм и экзистенциализм.

– «Он хоть и поддержал Кубинскую революцию и Фронт национального освобождения Алжира, но всё равно для нас является лишь попутчиком!» – с сожалением заключил Пьер.

А в заключение он проникновенно рассказал Петру о своих впечатлениях от путешествия по Волге:

– «Я с большим интересом проплыл по этой великой русской реке! Только тут я окончательно и явственно понял, почему ни один народ, кроме русского, не смог за полвека своей истории накопить столь богатый опыт в искусстве изменять людей, строить новую цивилизацию, у которой не существовало никакой модели в прошлом!».

На прощание французский гость подарил Кочету стопку газеты «Юманите-Диманш» и выразил сожаление по поводу распада его семьи.

– «Пётр, пусть твои дети совершенствуются во французском языке! Я надеюсь, что они когда-то придут тебе на смену!» – заключил он.