Сбежавшая жена, или Дракон, я тебе не по зубам

Здешние едят по часам, чтобы не забить это помещение под завязку. Выбирай любой столик, я сейчас вернусь.

Старец ушёл, а я не особо выбирая, села за ближайший и тяжко вздохнула. Мне совершенно не нравилось, что я ничего не помнила и не понимала, что происходит? Я знала одно, меня зовут Леди Эрлинг и это что-то да значит. Оставалось понять что?

Старик сказал, что я откуда-то упала и стукнулась головой. Сжав виски и стараясь напрячь память, я закрыла глаза и попробовала представить, что со мной вчера случилось?

Но в голове свистел ветер и ничего, кроме, мороженого с дыней в голову не приходило.

Видимо, это единственное, что я помнила из прошлой жизни. Может, я была сладкоежкой или главным кондитером при дворе? А может быть мой муж, выращивал дыни, и мы доставляли во дворец свежие фрукты?

Нет, всё не то!

Открыв глаза, я поняла, что наконец-то привыкла к темноте и мне здесь начинало нравиться. Тут вкусно пахло едой и было тепло от еще не потухшего камина.

Увидев, что старец, медленно шёл ко мне и нёс на подносе две миски с дымящейся похлёбкой, я поднялась и помогла своему новому другу.

Поставив их на дощатый стол, мы сели и, взяв деревянные ложки, принялись есть.

– Вкусно-о-о! – Закрыла глаза от удовольствия, но тут я услышала скрип открывающейся двери, и дневной свет чуть проник в мрачное помещение.

Старик посмотрел за мою спину, добродушно улыбнулся и загадочно произнёс:

– Я думаю, ты будешь рада увидеть того, кто поможет тебе вспомнить все, что ты забыла.

Глава 6.

Лорд Эрлинг, ваш нареченный муж

Что сказал этот старик?

Я буду рада увидеть того, кто поможет мне всё вспомнить.

Так почему же я не рада? Почему ничего не чувствую к незнакомцу, который уверенным шагом направляется ко мне?

Его разорванная чёрная рубашка, испачканная кровью и грязью, из-под которой видно широкую рельефную грудь и совершенный пресс с тёмной порослью волос, заставляет замереть на мгновение и смотреть… смотреть, не сводя глаз. Облегающие брюки, подчёркивают узкие бёдра и мускулистые длинные ноги.

Эта картина заставляет меня застыть с раскрытым ртом.

В темноте помещения, и тусклых масляных лампах, я вижу непроницаемое выражение аристократичного лица и играющие на скулах желваки. Тонкие, сомкнутые губы и волевой подбородок, а ещё яркие глаза, которые смотрят на меня с нескрываемым интересом.

– Ты жива… – шепчет он и я вижу, как его губы дёргаются и чуть поднимаются, показывая подобие улыбки. Произносит громче.