Сбежавшая жена, или Дракон, я тебе не по зубам

– Не говори ерунды, только истинная может подарить мне дракона! – Рыкнул Рихард.

– Я стану твоей истинной, и твой дракон примет меня. Осталось только избавиться от жены-пустоцвета.

– Что ты несёшь, идиотка?

– Ты же хочешь сына? Дракона? Подумай о продолжении своего рода. Любимый, я всё сделаю и, в скором времени, ты забудешь о своей бывшей, как о страшном кошмаре.

– Скажи что-нибудь. Ответь же, ну. Пожалуйста, Рихард. У нас же дочка. – Шептала я и плакала, стоя у двери. Медленно доставая из кармана халата письмо.

– Я подумаю. – Сказал Рихард и моё сердце остановилось, и, кажется, в очередной раз разбилось вдребезги. Сделав шаг назад, я порвала письмо на мелкие кусочки и развернувшись побежала прочь.

Глава 16. Он мой друг?

Вытерев трясущимися пальцами предательские слёзы, я сжала кулаки, сверкнула глазами и, подхватив полы халата, завернула в какой-то незнакомый мне коридор.

Здесь не было факелов и, казалось, темнота была такой густой и непроглядной, что можно было есть её ложкой.

Пройдя десяток метров, я остановилась и почувствовала, как мурашки табуном побежали по позвоночнику.

Оглянулась и поняла, что за мной было то же самое. Тьма, кажется, была везде, забиралась под кожу, смешивалась с кровью и пыталась проникнуть в сердце.

И, кажется, ей это удавалось. Внутри меня разгоралась такая ярость и злость к моему мужу, что мне хотелось одного – чтобы он почувствовал боль, такую же сильную, которая сейчас пронзала моё сердце.

Икнув от холода, пробирающего до костей, я поёжилась и обхватила себя руками.

– Надо выбираться отсюда, пока я окончательно не околела.

Сделала шаг вперёд и поняла, что заблудилась. Я не знала, куда идти? Вернуться или идти дальше? Всё было одинаково мрачным и непроницаемым.

– Боги драконов, помогите мне! – Взмолилась и выставила одну руку перед собой, но ничего не обнаружила. Другой рукой нащупала стену, шероховатую, ребристую. Похоже, укрытую очередным вышитым гобеленом.

Сделала пару шагов вперёд и остановилась.

Ноги не слушались, казалось, они стали ватными и неживыми. Подгибались и не хотели никуда идти. Прижавшись к стене, я опустилась на пол и, обняв себя за коленки, положила голову на руки.

Плакать больше не хотелось, злиться на мужа тоже. Кажется, мне было всё равно, что с нашей семьёй будет дальше? Он хочет оставить меня, жениться на своей любовнице и завести сына. А как же Виви?

Что я могла с этим сделать? Видимо, уже нечего. Он думает, что наша дочь мертва.