Вокзал Техас – Луизиана

– Да сколько можно реветь, а? Действуешь мне на нервы! Давай уже ужин неси, я проголодался.

– Несу, Уилл, только не злись, пожалуйста, – женщина вошла в комнату с подносом, на котором стояла тарелка с мясом и жареным картофелем. Она поставила поднос на столик рядом с диваном и уже собралась уходить.

– Это что, мать твою, за хрень собачья? – он схватил Тину за запястье и заглянул в глаза. – Ты совсем дурная, что ли, или тебе жить надоело? – на запястьях женщины виднелись свежие порезы и кровоподтёки.

– Да, надоело, не хочу больше так жить, это и не жизнь вовсе! Третий выкидыш, Уилл, сколько ещё раз я буду терять детей? – она схватила себя за живот, и из глаз снова потекли слёзы, тело содрогнулось от спазма боли и отчаяния.

 – Моё тело не способно выносить ребёнка, а без детей я жить не хочу. НЕ ХОЧУ!

Женщина вырвалась и побежала к себе в комнату, Уилл не стал её держать – пусть успокоится баба. Время все раны излечивает – и физические, и душевные. Ну нет у них детей, ну, значит, не судьба, значит, не нужно.

Не хватало ещё, чтобы на свете появились копии Уилла и Тины. Неизвестно, какими они вырастут и кем станут. А если нет детей, нет и проблем. А чуть позже, если у них ничего так и не получится, они возьмут детей из детдома, с улицы, да откуда угодно. Бездомных детей пруд пруди, и всем им нужен кров и родительская ласка…

В момент, когда Уилл размышлял о будущем, в дверь постучали. На часах было 20:33.

– Кого нелёгкая принесла в такой поздний час в пятницу? – Уилл нехотя встал и побрёл не спеша к двери.

Он никогда не спрашивал, кто стоит за дверью. Мужчина не хотел утруждать себя лишними вопросами, да и не боялся, что по ту сторону окажутся грабители – его кулак обладал такой силой, что пробивал кирпичную стену.

Открыв дверь, он увидел знакомого, который никогда не приходил к нему домой. Они не были друзьями, и какого чёрта ему здесь было надо, Уилл не понимал.

– Патрик, какого лешего ты здесь делаешь? Ты знаешь, который час? – начал выступать Браун.

– Потише, Уилл, потише.

Дело у меня к тебе есть одно.

– Какое дело? Во что ты меня хочешь впутать?

– Признайся, Уилл, ты сейчас сидишь без работы. Уроки бокса, которые ты даёшь последнее время, тоже не приносят денег, перебиваешься тут и там. Халтурки всякие берёшь, но на них далеко не уедешь, верно же?

– А тебе-то что? Ты мне не отец родной, чтобы нотации читать. Если хочешь знать, я как раз недавно устроился на одну работёнку. Хоть там и платят мало, но всё же.