Пятьсот лет среди звезд

– Да, страж, ступайте! Я беру всю ответственность на себя! – заявил офицер, и с его лица пропали все признаки сомнения.

Следователь отдал честь и зашагал вдоль коридора, аккуратно обходя места сбора улик и поправляя мокрые от волнения рукава рубашки. Огромная сумма денег, обещанная за голову пирата, перевесила для командира любой возможный риск и мечтой заманивала в желанное светлое будущее. Уже сейчас он представлял себе шикарные яхты, красивых девушек-роботов и, конечно же, полностью увешенный медалями парадный костюм.

Офицер мечтательно прогуливался взад-вперед по длинному и изученному до каждого уголка коридору, и, казалось, ничто не могло отвлечь его от собственных мыслей. «Ммм…» – задумчиво промычал командир и остановил свой взгляд на детали, которая никак не вписывалась в окружающую обстановку. «Когтехвост-3000. Расширенный интеллект, родительский контроль. Всегда знайте, где ваш ребенок» – гласила надпись на коробке, которая валялось на полу. «Интересно, – произнес офицер, – очень интересно».

Когда еле уловимые первые лучи солнца сменились яркими красками зари, бармен наконец отложил ручку. Закончив писать, он подошел к стойке и попросил робота позвать хозяина заведения. Официант не стал в очередной раз спорить, потому что прекрасно помнил полицейский значок гостя, и тут же удалился из зала. Когда прошло не меньше получаса времени, и андроид уже начал поглядывать на часы, перед ним появился запыхавшийся из-за спешки высокий полный человек средних лет.

Он был в рубашке и кожаной жилетке, не имея при этом никаких роскошных атрибутов владельца бизнеса. Мало кто мог бы догадаться, что этому человеку фактически принадлежит добрая половина района.

– Старый друг Йохан! Эта маска тебе очень идет, надо признать, – произнес с улыбкой бизнесмен и показал пальцем на свой искусственный глаз, который невозможно было обмануть любыми фокусами с маскировкой.

– Сложные времена, старина, – ответил бармен и опустил взгляд, задумавшись, – и я хотел бы опьянеть, если бы мог.

Андроиды в то время умели почти все, что было доступно людям. Они могли чувствовать вкус еды и напитков и получать удовольствие от того, что приятно людям. Но из соображений общественной безопасности чувства голода, усталости, опьянения, как и некоторые другие, были отключены. Поэтому в отдельных случаях, а в случае бармена особенно остро, искусственные люди все же иногда с грустью вспоминали о своих прошлых телах.