Байки кладбищенского сторожа

– Что, Гриня? Стоило оно того? – спросил старик, поворачиваясь к бледной тени рядом с ним.

– Двое погибших лучше, чем десяток, – выдохнул дух.

– Скажи это Степке, – усмехнулся Семеныч. – По твоей вине теперь хромать будет.

– И по моей же вине продолжит жить, – добавил дух Гришки и развеялся по воздуху…

Новый год на кладбище

– Вот шельмы! Успели склеп расписать. Стоило сутки пропустить – и на тебе. Не уследил, Петрович!

Подбоченившись, сторож Семеныч критически оглядывал территорию кладбища, куда хватало глаз.

Могилки, надгробия и оградки преобразились, покрытые пушистым снегом, а под ликом луны на чистом небосклоне серебрились дождик и мишура. Темными пятнами угадывались на близлежащих могилках елочные шары на еловых ветках, воткнутых в вазы вместо цветов.

Непонятные современному человеку традиции былых времен канули в лету. На смену кострам на краю деревни и походу на кладбище в канун Нового года пришел просмотр новогодних фильмов и запуск фейерверков.

Но остались люди, кто приходил проведать усопших, украшая могилы хвойными ветками и оставляя сладкие угощения.

Церковь не запрещала оказывать дань уважения подобным образом, а люди верили, что и в загробной жизни есть место чуду в новогоднюю ночь.

– Семеныч, ты чего шумишь?

Позади сторожа возникла дымчатая фигура местного призрака, постепенно принимая видимые очертания. Вскоре к нему присоединились и другие духи усопших и не нашедших покой.

– Не, я понимаю шарики повесить или елку в могилу воткнуть, – бурчал старик, освещая фонариком белые стены склепа, принадлежавшего старинному знатному семейству.

 – Не возбраняется, как говорится. Но зачем на склепе желания писать, ума не приложу! Ведь давеча закрасил, так они по свежей штукатурке, гляди, Гриня, расписали!

– Верует народ в силу исполнения желаний на кладбище, – усмехнулся призрак. – Одно дело в небо прокричать, другое – душу вложить в рукописный шрифт.

– Так могилу правильную найти надо, – ворчал Семеныч. – Что ж стены склепа портить, когда чета давно на небесах? Души упокоенные.

– Зато стены белые. Писать удобно, – заметил Гриня, а старик лишь рукой махнул и пошел в сторону сторожки, аккуратно обходя могилки.

– Ладно. После закрашу. Авось и исполнятся желания. А вы не шалите тут! Вот ведь Модестов день! Это ж надо – сутки духам и всякой нечисти гулять дозволено!

– Да не бойся, Семеныч! Мы мирные!

Проводив взглядом сторожа, группа призраков расположилась в уютном местечке под деревьями.