Кудис

Наши кресла были ближайшими к дивану, но она указала именно на кресла, весьма недвусмысленно, так что мне не пришлось переживать о нежелательном соседстве. Женя после недолгой возни занял левое, рядом с диваном, я сел между ним и накачанным парнем. Теперь, влившись в ряды гостей, я чувствовал себя почти спокойно.

– А теперь, когда все готовы слушать, – подала голос хозяйка, обводя каждого взглядом своих загадочных глаз, в которых невозможно было ничего прочитать, – я представлюсь и изложу вам Правила нашего Клуба, прежде чем мы перейдем к тому, ради чего собрались – к историям.

Все смотрели на нее, пожирали ее глазами полными восхищения, преклонения или просто спокойного смирения – дама в платье с брошкой сидела с неестественно прямой спиной, и по ее лицу я понял, что она привыкла смотреть на людей свысока, но не в этот раз, сейчас она напоминала послушную школьницу. Телохранители, выстроившиеся вдоль стен, смотрели на нас с тем же спокойным равнодушием.

Однако я чувствовал их готовность, их внимательность, их силу. Один кивок, и они вышвырнут отсюда любого, кто посмеет не угодить госпоже. Что будет дальше с этим беднягой? Я не хотел об этом думать.

– Называйте меня Мадам, – она слегка наклонила голову и улыбнулась легкой, вежливой улыбкой гейши, – я буду встречать вас каждый раз и буду хозяйкой каждого вечера.

Свет от камина и мягких светильников делал ее то совсем юной, я мог поклясться, что ей не больше 25-ти, то женщиной в расцвете сексуальности – 33-38-ми лет.

Но в любом виде она была прекрасна, шикарна, недостижима.

– В решении любых вопросов вам следует обращаться ко мне.

Мы молча слушали, как завороженные глядя на нее. Я ждал, что сейчас она представит своих охранников, хотя бы близнецов (которые так и стояли у нее за спиной, как два ангела, такие же прекрасные и могучие), может, объяснит, кто они и какую функцию выполняют, но она перешла к следующему пункту повестки.

– А теперь о самом главном – о Правилах нашего Клуба.

Она сделала паузу и остановилась взглядом на каждом госте, скажу честно, под ее взглядом мне стало неуютно, в душе снова забилась тревога, как пойманная в сети птичка. Этот взгляд был твердым и холодным, как оружейная сталь.

– Хочу подчеркнуть: эти Правила незыблемы, они не будут обсуждаться и не будут игнорироваться. Ни одного раза.