Кудис

С большими блестящими от возбуждения глазами он осторожно просунул руку в мешочек, как будто был уверен, что там змея или ядовитые пауки, шарики загремели, он несколько раз перебрал их пальцами, а потом нервно улыбнулся и вытащил белый шар. Было видно, какая мешанина из чувств твориться у него в душе, но мне кажется, преобладало всё же облегчение. И я его понимал, трудно быть первым, трудно рассказать что-то очень личное перед незнакомыми людьми. Я вдруг испугался, что черный шарик достанется мне… готов ли я вытащить на свет свою темную историю? Ответ был скорее отрицательным.

– Что ж, значит, не сегодня, – улыбнулась она и двинулась дальше. – Держите шарик у себя пока.

Дама с брошкой манерно запустила наманикюренную руку и вытащила шарик, зажатый в кулаке. Открыла, посмотрела, холодно улыбнулась.

– Покажите его всем, Роза, – властно сказала Мадам, дама тут же подхватила шарик двумя пальцами и подняла над головой. Он был белым.

Таким же, как у политика, сидящего рядом с ней. С азартом заядлого игрока он запустил руку в мешочек и уже через секунду продемонстрировал всем свой жребий.

– Белый, – тоненьким неуверенным голосом проговорила блондинка, сидящая рядом с ним, когда ее рука вынырнула из мешочка, а потом подняла над головой свой шарик.

Пожилой фанат Deep Purple что-то пробурчал себе под нос, нервно хихикнул и запусти руку в мешочек под пристальным взглядом Мадам. Шарики вновь загремели, напряженная улыбка проступила на морщинистом лице, а потом рука выскользнула из мешочка, и все мы услышали, как ахнула блондинка.

– Черт возьми, – вырвалось у мужчины, кажется, его звали Николай.

– Возьмет, если предложите, – холодно улыбнулась Мадам. – Покажите всем свой жребий.

– Черный, – хрипло проговорил мужчина, поднимая над головой шарик. – У меня черный.

Несказанная волна облегчения прокатилась по моему телу, остальные, по-моему, чувствовали то же самое. Да, я знаю, что все мы, люди, настолько эгоцентричны, что склонны наделять других своими чувствами и мыслями, даже за вещи мы иногда думаем и говорим… но, например, дама с брошкой шумно выдохнула, закатила глаза и даже робко улыбнулась, явно довольная, что честь рассказать свою историю первой выпала не ей.

Качок рядом со мной хмыкнул и провел огромной ладонью по волосам, откинувшись на спинку кресла – явный признак ушедшего напряжения. Я повернулся к Жене, но он во все глаза таращился на мужичка с черным шариком, как будто это была черная метка, и теперь его прилюдно казнят.